Быстрыми шагами я иду в коридор, завязываю бант и сую «подарок» парню.
- Вы перепутали. Я не Анна Литвинова, – говорю я, пoджав губы.
Курьер опешил.
- Но…
Кидаю взгляд на цветы. Красивые… Сколько себя помню, всей душой всегда обожала именно пионы.
«Аня!» - шипит на меня внутренний голос. – «Верни этому снобу все, что он прислал!»
Не без сожаления я сую парню букет и, прежде чем выставить его за дверь, произношу:
- Всего доброго. И… передайте голубоглазке, что если он еще раз пришлет мне нечто подобное, я не поленюсь и вылью все в унитаз, а машину оставлю доживать в глубинах Невы!
Когда за курьером захлопывается дверь, я прислоняюсь лбом к деревянной поверхности и глубоко дышу, пытаясь справиться с яростью.
Почему он делает мне больно? Может, он садист или что-то вроде того? Олег думает, что… Я сглатываю. Олег думает, меня можно подкупить деньгами и я радостно раздвину перед ним ноги? Грубо. Но правдиво. Внутри меня разворачивается настоящий ураган из эмоций.
Я зябко обнимаю себя за плечи и судорожно вздыхаю, сдерживая слезы.
«Ну-ка живо прекратила, Аня!» - словно кричит на меня мое подсознание, уперев руки в боки и топая от негодования ногoй. - «Извлеки уроки на будущее и иди дальше».
Настя сидит на диване, листая журнал. При виде меня она вскакивает на ноги, и радостная улыбка сходит с ее лица.
- Аня, кто это был?
- Неважно, - жалко шепчу я.
- Приходил он? - Рычит подруга. - Что этот урод тебе сказал?! На тебе лица нет!
- Нет, не он, - мотаю я головой.
Но слова передал. От этой мысли я криво улыбаюсь. Слова, от которых у меня сейчас невыносимо жжет в груди. Господи, почему я чувcтвую себя такой жалкой и униҗенной?
- Тогда кто?!
Надо что-то сказать, чтобы она оставила меня в покое.
- Соседка, – говорю я глухо. - Снова жаловалась, что мы шумим.
На лице подруги недоверчивое выражение. Она открывает рот, желая поспорить, но я перебиваю ее:
- Я устала и хочу спать.
Как я умудрилась произнести это ровным тоном, сама не пойму. Может быть, Настя и не поверила, однако отпустила меня без лишних вопросов, за что я была ей благодарна.
Я ложусь на кровать, сжавшись в позе эмбриона. Свет от горящих фонарей на улице слабо проникает в комнату. Я морщусь и переворачиваюсь на другой бок. Надо же было влюбиться в мужчину, который безумно богат, красив, как греческий бог, и при этом невероятно жесток. Ужас! Его фразы тут же начинают крутиться у меня в голове, нанося удары прямо в сердце.
«Он хочет превратить тебя в идеальную постельную игрушку без права голоса» - подло напоминает мне подсознание.
Я зажмуриваюсь. Мне нельзя думать о нем, нельзя думать о том, какие у него планы относительно меня. Совершенно измученная за сегодняшний день, я подтягиваю кoлени к груди и проваливаюсь в беспокойный сон.
Когда я просыпаюсь, за окном еще темно. Я не представляю, как долго спала. Вытянувшись пoд одеялом, я прислушиваюсь к звукам и понимаю, что у меня вибрирует телефон. Наверное, поставила на беззвучный режим.
- Ало? – Бормочу я сонно.
Из динамика раздается низкий недовольный голос:
- Знаешь, тебе бы следовало научиться принимать от людей подарки.
Я перестаю дышать.
Я замираю. Мне не хватает воздуха.
Какое-то время я просто смотрю на телефон, пока из динамика не доносится недовольное:
- Аня? Все в порядке? Почему ты молчишь?
О боже. Мне позвонил Олег. Как он нашел мой адрес и номер. Это… легально?!
- Я спала , - говорю я тихо, при этом едва дыша. Сердце колотится, как ненормальное.
«Успокойся, Аня. Это всего-навсего обычный разговор».
- Почему ты не приняла мои подарки? - Спустя мучительную паузу спрашивает он осуждающе.
Готова поспорить, его глаза сверкают сердитым блеском.
- Это же очевидно, – бормочу я. - Вы подарили мне целое состояние. Разве такое дарят незнакомке?
Я слышу, как он недовольно выдыхает, словно я оскорбила его.
- Это всего лишь недорогая, но безопасная машина, Аня. Поверь, я могу себе позволить дарить такие подарки тебе хоть каждый день.
- Мне это не нужно, – шепчу я.
Олег замолкает. Я принимаюсь ерзать на постели от смущения. Почему он молчит?
- А что… тебе нужно? - Спрашивает он хрипло.
«Мне нужен ты!» - Кричит мой внутренний голос, но я вовремя прикусываю язык, не давая вырваться ненужным словам.
На дворе ночь. Я тут же представляю его лежащим сейчас в постели. Он держит длинными пальцами телефон и его идеальные губы изгибаются в подобие улыбки. Я сглатываю. Черт, Аня! О чем ты думаешь?