Походкой от бедра Эля вышагивает впереди, аккуратно опуская полы пиджака, поправляя бежевый корпоративный платок на шее.
— Только быстро, у меня сегодня первый день. Выговоров мне не надо.
Когда мы заходим за колонну, я со всей силой, что у меня есть, хватаю сводную сестру за локоть, припечатываю спиной к мраморному столбу и заставляю посмотреть на себя.
— У тебя с головой вообще все в порядке?!
— Ань, ты чего, — пытается строить из себя дурочку она.
И оглядывается, опять оглядывается. Ждет спасителей. Права была Дина: надо было сразу признаваться, что это я помогла Арсену. Но откуда же я знала, что кто-то из собственной семьи способен на такую подлость…
— Ой, не ломай комедию, Эля. Сейчас же вместе пойдем к начальнику, и ты во всем признаешься. Что украла у меня сережку, которую вы же мне и подарили! — я даже фыркаю от смятения. Ералаш какой-то! — Извинишься. Скажешь правду, что это не ты…
Сестра внезапно сама хватает меня за запястье, да так больно! Дергает на себя и смотрит мне в глаза с удивительной решительностью.
— Цыц! Тихо, поняла меня? Ни в чем я сознаваться не собираюсь. Сами подарили тебе серьги, сами и забрали, — пожимает она плечами как ни в чем не бывало. — Хочешь проблем, Аня? Я тебе устрою проблемы. Ну, во-первых, — Эля взмахивает рыжими волосами, — моя дорогая, буду трещать на каждом углу, что это ты та самая дрянь, которая бросила хорошего классного мужика. Да тебя весь коллектив возненавидит, ты тут и недели не продержишься. В отеле же одна половина женщин мечтает от него ребенка родить, а вторая — хотя бы провести с ним одну ночь.
Я вскидываю подбородок, стискиваю зубы до боли.
— А ты к какой половине относишься?
— Во-вторых, — игнорирует мой выпад Эля, — могу и нашептать Арсенчику, чей сын у тебя растет.
Глава 11
Я… теряю дар речи. Хмурюсь, едва качая головой. Не верю, что мы росли с ней с десяти лет. Значит, Эля догадалась.
— А ты уверена, что Захару нужен такой стресс? Стефан, честно говоря, так себе папаша, — Эля делает жест ребром ладони, — но твой трехлетний ребенок к нему привязался, и нового отца он вряд ли воспримет хорошо.
— Значит, ты в курсе, — все, что могу выдавить из себя я.
Эля хмыкает, выпятив нижнюю губу и закатив глаза.
— Ну-у, как только новость о твоем бывшем муже разлетелась по городу, я сразу решила задачку. Сама удивляюсь, чего я раньше об этом не думала, даже мысль не допускала, представляешь? — хихикает она фальшиво.
Нет, все что угодно, но Захара я буду защищать до последнего. От потрясений, от тревог и встрясок. Он еще ребенок, он не должен переживать это.
— Зачем тебе это нужно? — смахиваю слезу со щеки. — Ты ненавидела Арсена, Эля. Когда он был бедным, ты презирала его. Теперь претендуешь на богатство?
Сестра тянет искусственную улыбку и зажимает между пальцев прядь моих волос.
— А это, моя дорогая, — снова повторяет она, — уже не твое дело.
Глядя на нее снизу вверх, я не могу не признать, что проигрываю ей по всем фронтам. Она выше, эффектнее, одевается со вкусом, красится почти профессионально. Возможно, мужчина, с которым Эля крутила роман, бросил ее. Поэтому решила перейти на Арсена? А ведь отец искренне думает, что у нее совсем другие планы в отеле.
Я отталкиваю ее и ухожу. В конце концов, рабочий день только начался, а деньги мне зарабатывать еще необходимо. Всю смену только и слышу шутку о том, что Золушка вместо туфельки обронила сережку. Поэмы и оды, которые поются этой самой Золушке, ужасно раздражают. Я сохраняю самообладание и даже ни капли не плачу. Напоминаю себе, что мир не рухнул, что я сильная и со всем справлюсь.
После смены мы с Диной рассуждаем, как бы нам начать снимать квартиру вместе, как вдруг она говорит:
— Аня, так не может вечно продолжаться. Это ненормально. Арсен твой бывший муж. Наберись мужества и поговори с ним. Обо всем.
Я снова сопротивляюсь ее словам, но в этот раз чуть более агрессивно. За что потом весь оставшийся вечер меня съедает чувство вины. А дома обстановка враждебная. Из-за того, что Арсен собирается приобрести компанию Питера, я теперь главный недруг семьи. По мнению отца, я должна уговорить бывшего мужа не покупать эту фирму, и он даже слушать не хочет, что Арсен вообще не в курсе, кто я такая. Папа считает, мне нужно найти к Сафину подход. И он ворчит об этом при любом удобном случае, но только так, чтобы я обязательно слышала.