Оставив совет Дины без комментария, поднимаюсь наверх, чтобы начать работу. День какой-то суматошный, много гостей выселяется, много — заселяется. Во время редких перерывов мы, горничные, обычно пьем чай или кофе в нашей комнате отдыха, внизу, однако сегодня девушки-хостес приглашают нас присоединиться к ним. В их зале отдыха мы бываем только за тем, чтобы навести чистоту.
Приглашение приятно, но немного непривычно. И слегка дискомфортно, когда я вижу Элю. Она тоже тут. Ну конечно, куда без нее. Ее чопорный и пренебрежительный взгляд проходится по мне с ног до головы особенно медленно. Сводная сестра с недавних пор стала вовсе чужим человеком, и сейчас всем своим видом дает понять, на насколько разных уровнях мы с ней.
— Забей, — почти невесомо толкнув в спину, подсказывает Дина. — Не надо на нее смотреть.
Прикусив губу, напоминаю себе, что это единственный правильный вариант и подхожу к длинному столу. Тот занимает целую стену зала. Это похоже не на кофе-брейк, а скорее на фуршет.
Я чувствую появление Арсена. Даже с закрытыми глазами я могла бы с точностью сказать, что он здесь. Но оборачиваюсь, всего на секунду. Чтобы убедиться. Заметив меня, бывший муж ускоряет шаг и становится близко ко мне. Он медлит лишь мгновение, после чего тоже начинает накладывать себе на тарелку сладкое. Я беру кусок шоколадного незнакомого мне торта с целью попробовать. Не понравится — не доем. Если честно, не уверена, что хоть кусок мне в горло залезет. Наливаю кофе, и чуть не роняю чашку, когда Арсен быстро произносит:
— Ты же не любишь «Напалеон».
Глава 20
Мне почему-то кажется, что все взгляды присутствующих устремлены на нас. Арсен резко отворачивает голову, смотрит в стол. У него такие растерянные движения! Но, как оказалось, насчет любопытных я была не права. Потому что никто в нашу сторону и глазом не повел.
Не успеваю задать назревающий вопрос, как Арсен вдруг выдает:
— Захар мне сказал! — быстро, как на духу произносит.
Так и не налив в чашку кипяток, я откладываю ее.
— Захар?
— Да, — Арсен прячет глаза.
Босс забирает с собой за стол то, что выбрал и желает мне приятного отдыха. Конечно, полчаса здесь вряд ли можно назвать расслаблением. Тем более, когда я не работаю, мне приходится задумываться обо всем, что свалилось на плечи.
— Эй, ау? — окликает меня голос откуда-то.
Из темноты. Я оборачиваюсь, но никого не нахожу рядом. Около моего дома и дома соседей — ни души.
— Привет, дорогая, — теперь голос можно угадать.
Но где сам Стефан, я по-прежнему не знаю.
— Прекрати эту шутки, пожалуйста, — вздыхаю я, уперев одну руку в бок.
Он выходит из-за дерева и прогулочным шагом идет ко мне.
— Пойдем, — обнимает меня за плечи друг и кивком указывает на входную дверь.
В то же мгновение она открывается, на пороге оказываются моя мачеха с одной из сестер. И когда они отступают, чтобы пропустить нас, я замечаю и папу тоже. Добрых слов я от семьи не слышала давненько, поэтому их радостные улыбки и явно хорошее настроение походит на какой-то сюр.
Поведя плечами, сбрасываю с себя руку Стефана. Он усмехается без веселья, подпирает языком щеку. Отстраняется, облокотившись на тумбу в прихожей.
— Вы поговорили, Стефан? — воодушевленно спрашивает мачеха, сложив ладони вместе.
Оля подносит их к лицу и улыбается мне, словно мы лучшие на свете подруги.
— О чем? Что происходит?
Стеф извиняется перед моей родней и, взяв за локоть, провожает меня на второй этаж. Мы заходим в спальню, и первым делом я отмечаю, что здесь нет ни сына, ни няни.
— Где Захар?
— Няня сейчас его приведет, и мы поедем. Твои вещи я попросил собрать заранее. Мой отец должен не продавать компанию и остаться. Твой папа умный человек, Анна. Он объяснил то, о чем я раньше и не задумывался. Это моя фирма, моё наследство.
Я чуть не захожусь кашлем от неожиданности. Мне начинает казаться, что я плохо выучила местный язык, что мы не понимаем друг друга со Стефаном. Потому что он несет какую-то чушь, полную ахинею!