У отца, мачехи и сестер пятна перед глазами пойдут, когда я им сообщу о лишении визы. И, естественно, я услышу в свой адрес тонну обвинений. Они в чем-то будут правы, и все-таки усиливать мое чувство вины ни к чему.
Только я собираюсь сказать Захару о произошедшем, как он перебивает меня, бегает по дому, дурачится. На него злятся все домочадцы, приказывают, чтобы я усмирила ребенка. А я понимаю, что Захар чувствует мое состояние, мое волнение, поэтому сам неосознанно отгораживается.
Чтобы никого лишний раз не раздражать, я предлагаю сыну пойти на улицу. Рядом с нашим домом недели две назад достроили чудесную детскую площадку, и Захар очень любит на ней играть.
Пока он, точно обезьянка, лазает по канатам, я подбираю выражения, чтобы как можно меньше его травмировать. Но даже представить не могу: разве такое возможно в нашем положении?
— Что ты здесь делаешь? — готовить тяжелый разговор с сыном дальше не приходится, поскольку автомобиль Стефана с шумом заезжает на нашу улицу, поднимая облака пыли.
Бывший хороший друг, как бы по-идиотски это ни звучало, криво ухмыляется и снимает с глаз солнцезащитные очки, прежде чем направиться ко мне.
— Солнце в глаза слепит? — острю я, намекая на крайне пасмурную ноябрьскую погоду.
Ясное дело, он просто хотел произвести на меня впечатление, но не получилось.
— Как день, красавица? Здравствуй… сынок.
_________________
Глава за среду, за вчера) Следующая глава за сегодня❤ Переходите →
Глава 24
Я смотрю на его довольную усмешку, и так тянет врезать по этим губам. Безжалостный глупый мальчишка! Он до сих пор не вырос, не научился нести ответственность за свои поступки. Не смог добиться собственных высот — остается хвастаться отцовскими и держаться за них. Вместо того чтобы построить собственную империю, пытается выгрызть ту, которую слепил Питер когда-то из ничего.
\У Стефана же есть все возможности и даже много денег, чтобы заняться своим бизнесом. Я серьезно не хочу ничего ему рассказывать, я пока никому не говорила, но именно это толкает меня раскрыть правду и посмотреть на реакцию Стефана.
— Добился своего?
Он хмурится и выглядит действительно удивленным.
— Ты о чем?
— О том, что меня выгнали из университета и отобрали визу! — шиплю зло, оглядываясь на Захара.
Тот увлеченно бегает по «замку», взрослые беседы ему не интересны. Зрачки Стефана увеличиваются, и во взгляде у него — полный шок. Он раскрывает рот и буквально немеет от изумления.
— Что? Боже, Анна! Нет… нет, клянусь, я здесь ни при чем. Клянусь, чем захочешь!
Я поджимаю губы и зажмуриваюсь, подставляя лицо ветру. Я догадывалась, что это не дело рук Стефана, он бы даже не смог такое провернуть в этой стране, но маленькая часть меня сомневалась. Теперь я могу хотя бы по этому поводу быть спокойной.
— Ладно, я… хорошо, я верю тебе, — говорю, следя взглядом за Захаром.
Стефан подходит ближе, нависает надо мной, отчего мне очень не комфортно.
— Ты не мог бы отойти немного?
— Но мы вполне можем исправить ситуацию. Если ты выйдешь за меня замуж, станешь гражданкой и останешься рядом с сыном. Все, что ты должна будешь сделать, — это уговорить бывшего отцепить клешни от фирмы моего отца, — игнорируя просьбу, предлагает он сделку.
Я чувствую, как багровею.
— Что? Ты с ума сошел?!
— К чему такая бурная реакция? — спокойствию Стефана можно только позавидовать. — Анна, ты хочешь воспитывать сына или нет? Это реальное предложение, и срок у него — двадцать четыре часа. Или сколько там тебе выделено времени, чтобы ты уехала из страны? Двое суток, трое?
Я качаю головой в неверии. Мне обидно признавать, но Стефан говорит разумные вещи.
— Зачем тебе всё это?
В ответ он опять мерзко улыбается.
— Обидно стало. Столько лет я пытался быть лучше, чем твой этот бывший. Из кожи вон лез, чтобы ты заметила меня. Усыновил твоего ребенка. Бегал вокруг тебя, как собачонка. А он приехал, нашел, черт возьми, и снова всё портит.