Я таким его не видела никогда. Каким же милым он может быть!
— Лимитированная серия! — выкрикивает, не сдержавшись Наташа.
Все дружно смеются, а меня вдруг осеняет. Неужели это то, что я так хотела?! Мы с Наташей немного ближе, чем с Элей. И иногда можем проводить время вместе. Однажды прогуливаясь по центру, мы заглянули в ювелирный салон известного бренда. Мне тогда так понравились одни сережки, но… они же жутко дорогие.
Распахнув коробку, я уверяюсь в своих догадках.
— Ого! Папа! Юля! Это же бешеных денег стоит.
Наташа подмигивает:
— Скидка была хорошая.
Папа шутливо сердится на Наташку за ее язык без костей, и мы снова хохочем. Я незамедлительно примеряю серьги. О, вау! Отойти от зеркала теперь — задача не из легких.
— Красавица, красавица, — одобряет мачеха.
Да, сережки просто космос, как я о них мечтала. Бриллиантовые маленькие гвоздики, с которых свисают небольшие золотые сердечки. Мне так идет. Мне правда очень идет!
Сон как рукой сняло. Осталось всего полчала, и будет пора будить Захара, собираться на работу. Но заканчивать это волшебное утро я точно не хочу. Папа просит присесть обратно. Я предвкушаю что-то… еще один подарок?!
Глава 5
— Дочь, только ты внимательно меня послушай и пойми, — начинает отец, и мне это уже не очень нравится. — Не перебивай, ладно? Дед твоего сына сошел с ума, — он кивает головой несколько раз в подтверждение своих слов, — Питер хочет продать свою компанию. Ему, видимо, предложили… безумные деньги, раз он действительно думает продать фирму и уехать с семьей. С семьей, дочь.
— Пап…
— Подожди. Аня, Питер собирается уехать далеко, очень далеко, ты слышишь меня, со своей семьей. И со Стефаном тоже, — объясняет мне папа всё, как маленькому ребенку. — Твой сын останется без дедушки, без бабушки, — ну, можно подумать, Питер с женой сильно интересуются Захаром, — без папы.
Зажав три пальца и выставив ладонь в воздухе, отец выпрямляет плечи.
— Питер мне признался, будь ты женой Стефана, мы бы уехали все вместе.
— Пап… пап.
— Я говорю, прими предложение этого парня, ну он же любит тебя, Аня. Он до сих пор готов взять тебя замуж, у вас, в конце концов, общий ребенок! — возмущается отец.
Внезапно домашние тоже злятся.
— Аня, хватит выпендриваться уже, — фыркает Эля.
Наташка также расстраивается.
— Упрямишься, будто тебе пятнадцать, — закатывает глаза Юля и поднимается из-за стола.
Семейная уютная атмосфера вмиг рассеивается. Я вскакиваю на ноги вслед за мачехой.
— Так вот, значит, зачем это всё, — обвожу рукой нас. — Вы меня просто задобрить хотели?
На глазах снова выступают слезы, но в этот раз не от счастья и умиления. Я приказываю не плакать, беру себя в руки и, развернувшись, бегу наверх. Отец орет не своим голосом снизу, что я дура деревенская, что жизни не поняла… и еще много чего. Этим он окончательно будит Захара. Сын просыпается, хныкая. Явно огорченный и мрачный, супит брови над едва раскрывшимися глазками. Он имеет право на эти эмоции, а особенно сегодня.
Не успеваю закрыть дверь за собой, как Наташа останавливает ее рукой и протягивает мне коробку с серьгами. Я их положила обратно после примерки.
— Сережки-то возьми, — растерянно пожимает плечами сводная сестра, — их же все-таки я выбирала.
***
— А ты обо мне подумала? — продолжает утренний спектакль папа; у меня появляется стойкое желание бросить трубку. — Что буду делать я без работы?! Ты неблагодарная дочь, Аня, вот что я тебе скажу. Здесь, на этой должности, я же важный человек, я родственник Питера, почти тесть его сыну!
Дина, шагающая наравне со мной, слышит каждое слово отца. Подруга округляет глаза и выдыхает, недовольно качая головой.
— Почему ты думаешь, что останешься без работы? Не факт, что новый владелец компании станет распускать персонал. А если даже да, что мешает тебе найти новую работу, пап?
Он практически в гневе, чувствую.
— А что я буду делать, по-твоему, пока не найду?! Умная ты наша.
— По-моему, — выделяю интонацией, — посидишь на социалке.
На горизонте уже виднеется наш отель, и я спешу попрощаться с отцом. У Дины шокированный взгляд.