— Ну что же, Машенька подаст вам чай, кофе, а мы пока что займемся с Марией… эээ…
— Можно просто Марией.
— Просто Мария уже была. Нет, так не пойдет. Давайте, привыкайте по имени-отчеству…
— Мария Николаевна…
— Итак вот, Мария Николаевна, прошу вас, пройдемте, займемся делом…
— Дорогуша, ты все еще держишь эту странную девицу? Неужели ты не видишь, она не подходит к дому моей Валечки… Не будь таким упрямым. Скажи только и я найду тебе отличную домработницу. Кстати, у меня есть одна на примете… Моя хорошая подруга…
— Спасибо, Варвара Сергеевна за работу, но ваши тревоги абсолютно беспочвенны. Машенька прекрасно справляется со своей работой. И у меня нет никаких причин менять обслуживающий персонал.
Варвара Сергеевна получила отпор. Но я знал, что она еще вернется к этой теме. Если ей что-то втемяшится в голову, выбить это невозможно. Что же, пусть эту старую больную, вечно умирающую особу беспокоит еще одна проблема. Хоть в чем-то я могу оставаться самим собой, и я не позволю ей и сейчас контролировать каждый мой шаг. А ведь она стремится к одному — к тотальному контролю. Это подсознательно, пусть подсознательно, все равно не позволю! Но я представил, как мне почти ежедневно станут рассказывать о том, какая прекрасная кандидатура есть на Машенькино место — и мне опять стало не просто дурно, а совсем нехорошо…
— Что с вами, Павел Алексеевич, может вам нехорошо? — зыркнула на меня и проворковала Мариша. Я тут же собрался. Не хватало еще расслабляться при посторонних настолько.
— Все в порядке. Просто я не успел отдохнуть с дороги. А тут нас еще ночью в поезде атаковали.
— Как это, расскажите!
У меня появилась необходимая передышка. Я рассказал с подробностями историю ночной атаки, потом немного возмущался тем, что девица даже не попросила прощения за свою выходку, выслушал предположения причин происшествия, после чего был милостиво отпущен заниматься своими прямыми обязанностями.
Глава восемнадцатая
Испытание нервов
Мы перешли в мой кабинет. Я так называю небольшую комнату в самой тишайшей глубине квартиры. Тут настолько спокойно: ее окна выходят во двор, а не на улицу, а двор у нас тихий, я бы сказал, патриархальный. Из самых крутых жильцов только я, да и то только потому, что эта квартира принадлежала когда-то Валентине. Я продал тогда свою квартиру, тут мы сделали хороший ремонт, а деньги я положил на депозит в ВТБ банке. Поему в ВТБ? Потому что он государственный, а я, по старой привычке, доверяю государственным банкам, а во-вторых потому что он имеет филиалы на Украине и мне очень удобно через него пересылать деньги своим родным. Раньше, когда существовала только система Money Gram, и перевод на Украину был возможен только в долларах и очень дорого стоил, я пользовался еврейским банком. Ну, есть такой, скажем, дядя Сема. Вы приходите к нему, отдаете ему, скажем, триста баксов, он делает звонок на Украину и в условленном месте какой-то, скажем, дядя Мойша отдает вашим родственникам эту самую сумму. Тут же вы говорите с родственниками по телефону, которые подтверждают, что сделка состоялась. Комиссионные дяди Семы не шли ни в какое сравнение с этими маниграммами. Ну а сейчас, когда можно за перевод заплатить полтора, максимум два процента, надобность в услугах дяди Семы отпала. Но кто знает, какие еще настанут времена, так что номер его телефона стараюсь не терять. Ах, да, я что-то от темы отвлекся.
Мы прошли в кабинет. Как на мой вкус, Мария сильно перевиляла бедрами, но зрелище-то, зрелище! Можно простить ради самого зрелища некоторое отсутствие меры и вкуса. Если говорить честно, то меня именно чувство вкуса и точная работа теми же бедрами восхищает намного больше. Даже самая неприметная, на первый взгляд женщина, способна одним проходом сделать такое! Марии это и не снилось. Но какой природный материал! Как щедро одарила эту русскую женщину матушка Природа. Да уж… Надо присмотреться к ней получше… И не только сквозь линзы очков.
Когда я принимаю гостей и просителей, я всегда надеваю эти очки с чуть затемненными линзами — они придают моему лицу многозначительность. Что же, теперь давай, будем посмотреть, что можно совершить…
— Итак, Просто Мария, вы поступали?
— Да, я попыталась в прошлом году, но благополучно провалилась. Теперь вот… И не знаю, какие у меня шансы в этом году…
— Вы ходили к кому-нибудь, репетитору, например? Пение, актерское мастерство, танцы?
— Вы знаете, мама считает, что у меня талант. И талант должен пробиться сам. Она не отказывается, конечно, помочь, но она… очень прижимистая… Она привела меня к вам только потому, что Варвара Сергеевна обещала, что нам это ничего не будет стоить…