— Могу сказать, что у Марии определенно есть данные для сцены.
Маргоша при этих словах посветлела, Варвара Сергеевна тут же насупилась.
— Так же могу определенно сказать, что в данный момент к поступлению в любое театральное училище Мария не готова. А одними природными данными дорогу себе не проложишь.
Варвара Сергеевна сразу же воспрянула духом и даже распрямилась на своем любимом стуле. Маргоша сразу же осунулась, а в ее злом, метнувшемся ко мне взгляде прочиталось: еще как проложим себе дорогу.
— С другой стороны, если Марии начать заниматься с толковыми учителями, она вполне может… да…
— Знаете, мы не настолько богаты, чтобы позволить себе…
— Я еще не договорил.
Я резко обрываю Маргошу. Во-первых, терпеть не могу фальшивой лжи. Во-вторых, если пришли ко мне, извольте меня слушать или убирайтесь вон!
— Если вы не можете позволить себе учителей, надо искать другие пути на сцену. Например, можно начать набираться уму-разуму в качестве гримера, ассистента и так далее, в таком случае вы и в театральный мир проникаете, и опыта набираетесь. А этот опыт потом становится просто неоценимым при поступлении. Вы согласны?
Маргоша сумрачно кивнула головой.
— Пока что я не могу ничего вам обещать. Мне нужно подумать. Возможно, я что-то придумаю. Давайте сделаем так: вы оставите свой телефон, а я перезвоню вам, как только что-то у меня проясниться по вашему вопросу.
— Пашенька, думаю, целесообразнее будет сделать так: вы перезвоните мне, а я уже лично перезвоню моей лучшей подруге. И поставлю ее в известность.
Варвара Сергеевна уже полностью пришла в себя и почувствовала, что может по-прежнему контролировать ситуацию. Ну что же, зачем мне лишать ее этой иллюзии. Впрочем, не сыграть ли мне в рулетку? В своеобразную рулетку. Если сможет как-то со мной Мария сама по себе связаться — что-то для нее придумаю. А если нет, то через Варвару Сергеевну откажу. А что? Тоже вариант.
— Ну что же, Варвара Сергеевна, на том и порешили. А теперь прошу простить меня, мне надо отдохнуть. Пора собираться в театр.
— Павел Алексеевич, вы слишком много работаете, все-таки только с колес…
Не обращая внимание на лепетание Маргоши я вышел из гостиной, оставив дамам возможность разобраться между собой без моего присутствия. Через несколько минут дверь хлопнула, а я припал к стеклу, мне было интересно, как будут развиваться события дальше… Впрочем, что за глупое детское любопытство?
— Машенька!
Она тут же явилась.
— Да, Павел Алексеевич.
— Спасибо за то, что все так организовали.
— Это моя работа.
— Да. И еще. Я хочу отдохнуть. Ко мне никого не пускать. Звонки принимать. Записывать, кому перезвонить. Мобильный в отключку.
Последнюю фразу я произнес для себя. Отключил мобильный телефон и пошел благополучно спать.
Глава двадцатая
А жребий-то брошен!
Жребий был действительно брошен. И бросил его не я. Я мирно спал и даже не подозревал, что именно с этого момента, когда дал себе это глупейшее обещание, когда попытался сыграть в рулетку не столько с бывшей тещей, сколько с самой Фатум, запустилась та странная цепочка событий, которая побудила меня написать эту книгу.
Но узнал я об этом только через два часа. Почему? Да потому что спал я только два часа. Если я сплю днем больше — ночь насмарку. Это даже Машенька знает, поэтому никогда никуда не уйдет раньше, чем меня разбудит. Вот и тогда Машенька аккуратно постучалась, громко сообщила, что мне пора вставать. Я посмотрел под одеяло и понял, что местами это уже произошло. Потом проснулся окончательно, принял из рук Машеньки чашку горячего крепчайшего кофе с маленькой сдобной булочкой, обильно приправленной корицей. В этом деле чем больше корицы, тем лучше. Я принял поднос с кофе и увидел на подносе небольшую записочку. Там значился мобильный телефон.
— Что это?
— Одна из ваших посетительниц, та, что помоложе, заходила, страшно расстроилась, что вы не сможете ее еще выслушать и оставила вам этот телефон. Очень просила передать.