И я плетусь к двери, плетусь, съедаем недугом посталкогольного слабоумия. Ибо от всех бед и проблем нашел я одно надежное средство — зелено вино…
В дверях появляется Машенька… Она такая же, как была раньше… или нет? Не такая… Определенно не такая. Она стала глубже, повзрослела, что ли, вот и глаза ее… Глаза ее какие-то грустные, спокойные, но грустные, такие глубокие, как пропасти вдоль горной реки… Я понимаю, что я ничего не понимаю. Что с ней случилось? Почему она так сильно изменилась? Потрескивающие искорки. Туманные обводы вокруг зрачков… Что это? Что происходит с ее глазами? Или это у меня пелена отпала от глаз?
Машенька не собирается проходить в гостиную, топчется в прихожей, потом, набравшись решимости выкладывает:
— Я хочу получить расчет… и еще… подпишите рекомендации, я нашла одну семью, может быть…
— А… да… ладно… ты пройдешь? Не хочешь, тогда на кухню… я сварю тебе кофе…
— Спасибо, не надо, лучше подпишите бумаги…
— Да, конечно, на кухне… мне тут неудобно…
— Хорошо…
Мы проходим на кухню, я быстрым движением рукава очищаю столик от остатков еды, Машенька всплескивает руками:
— Господибожемой! Что тут у вас за бардак творится? Что, за это время никто в квартире не убирал?
— Да… Вот, Машенька, это твой расчет, а это… премиальные… и извини, если я тебя чем-то обидел, ладно?
— Да что вы в самом деле… Знаете что, давайте, я наведу у вас порядок, последний раз, а то не спела я уйти, а вы все успели так загадить…
Я бы применил слово «засрать», но Машенька более тонкая натура, она выразилась куда как приличнее… Ее резкий поворот как-то меня смутил еще больше, чем ее появление… Машерочка же перебежала в кладовую, где быстро стала переодеваться в рабочую одежку.
— Нетспасибо, врядли это будетцелесообразным… — начал мямлить я что-то почти себе под нос… Впрочем, Машенька не закрывала дверь и все расслышала.
— Нет, я не могу оставить рабочее место в таком ужасном состоянии. Скажите, к вам уже кто-то приходил устраиваться на работу?
— Знаешь, как-то руки не доходили…
— Вот как? Скажите, а она?.. Ой, извините, это не мое дело…
Я только хотел что-то объяснить, как раздался телефонный звонок. Я поднял трубку, и меня скривило, как от ударной дозы аспирина. Звонила бывшая теща, Варвара Сергеевна, наверняка, чтобы меня пригрузить еще чем-то…
— Пашенька, сыночек, у меня к тебе большая просьба…
Что-то оригинальное. Варвара Сергеевна сразу берет быка за рога…
— Я тут с подружкой детства, Ренатой, ну, ты ее не знаешь, пью кофе в кафе…
— Варвара Сергеевна, тут приходила на днях другая ваша подружка детства, некая Маргарита Александровна, помните такую?
— Несомненно помню, — сразу насторожилась Варвара Сергеевна.
— Она настаивала, чтобы я женился на ее дочери… Надеюсь, вы проведете с ней воспитательную работу?
— Да… конечно…
— Спасибо! — говорю и тут же ложу трубку… Кажется, Варваре сейчас будет не до просьбы ее новой подружки — со старой надо бы расхлебаться…
Машенька убирала на кухне, но как-то слишком тихо, больше прислушивалась к разговору, что ли? Тут снова раздался звон посуды и включилась мойка.
— Машенька?
— Да, Павел Алексеевич…
— Мы расстались…
— Вот как?
— Да… Так получилось… ей нужна была роль… а мне… мне нужна была женщина… срочно… как источник вдохновения… так все сложилось…
— А я?.. ая готовабыланавсе… понимаете, ради вас — на все… Почемуяне стала вашим вдохновением?.. А вы?..
— Глупый вопрос…
— Да, глупый, и я глупая-глупая, но я…
Я обнимаю Машеньку за плечи и прикасаюсь губами к волосам на затылке… от них пахнет крапивой… Знакомый с детства запах — мама всегда полоскала волосы отваром крапивы, чтобы они были крепче и шелковистее…
— Почему я неоказалась с вами, почемунея? Невтомместе, невтотмомент… чтоза глупость, Господи!
— Машенька, ну какое это все имеет значение, почему, что, как и где случилось? Я просто не хочу, чтобы ты уходила, только и всего… Не хочу… Не исчезай, хорошо, не исчезай…
— Глупости, какие всеглупости… шепчет она и начинает заливаться слезами, уткнувшись мне в плечо…
Глава тридцать девятая
Спасение приходит ниоткуда
Я ехал домой и думал о Машеньке. Рабочий день наконец-то кончился. От ненужного делового ужина в компании театральных «деятелей» — критиков-вампиров я отказался, репетиция и спектакль прошли более-менее сносно, вот только количество отвергнутых Золушек было уже катастрофическим. Кастинговое агентство, к услугам которого я вынужден был обратиться, подсовывало мне одну кандидатуру за другой, но все они не подходили. Вот только Марина Зурабян была исключением — свежее личико, довольно неприметное и симпатичное одновременно, вот только ее контракт… она была занята на съемках сериала, каждый день еще три месяца, а я столько ждать не мог. Оставалось уповать на чудо, а зачем? И я звонил уже по всем знакомым, но так и не мог найти ничего подходящего.