К чему я это рассказываю? К тому, что просто скандала, даже на сексуальной почве, этого для настоящей популярности пьесы маловато… Да, это вызовет интерес, даже ажиотаж, но интерес, который быстро пропадет. А нужно что-то такое, что сделает интерес к этой пьесе долгим, достаточно долгим, чтобы она держалась на сцене и чтобы постоянно был аншлаг…
Вы понимаете мою мысль? Ну, приблизительно понимаете… А еще раньше такую проблему решали при постановке пьесы «Принцесса Турандот». Можете сказать, что я пошел по избитому пути, может быть, а что мне еще оставалось делать?
Последняя неделя репетиция была особенно напряженной. Центральной фигурой пьесы должна была стать все-таки Серафима, точнее, Мачеха… На нее ложился главный удар, смысловые акценты в пьесе… И именно она должна была вытянуть ту часть, которую я считал главным в нашей пьесе.
Наверное, еще никогда Серафима не решала такие сложные задачи. Никогда никто не ставил перед ней таких ребусов. И она работала на репетициях как вол. Она понимала, что только она может вытянуть эту роль, и что теперь это будет ее заглавный спектакль.
Труппа как-то проглотила двух молоденьких актрис, тем более, что шебуршение журналистов около их историй играло на руку театру. А наши актеры люди не глупые, в своем деле профессионалы. Понимают, что славу приносит не скандал, а работа, постоянная, изо дня в день, работа…
Но всякая предварительная работа имеет свойство подходить к концу.
Вот и последний прогон прошел… в совершенно закрытом режиме.
И наступил день премьеры.
Казалось, что весь город пестрил афишами, на которых было написано «Золушка forever» — спектакль по мотивам пьесы незабвенного Шварца. Это название, «Золушка Forever», пришло ко мне как-то спонтанно. Я сел, перечитал пьесу, и понял, что название пьесы должно быть именно таким. А вот почему оно должно быть таким я так до конца и не понял.
В день премьеры в театре особая атмосфера. Не праздника, нет, скорее, атмосфера особой нервозности. Это потом, когда актеры выйдут на поклон, в зависимости от того, как будет принимать их публика, победа это или поражение, потом станет ясно, настроение праздника или траура будет преобладать сегодня в театре…
А сейчас по театру гуляют искры, искры исходят от меня, от актеров, от осветителей, звуковиков, от всех, кто задействован в этом странном и магическом действе, которое обычные люди называют спектаклем.
У каждого режиссера есть свой ритуал — ритуал, который неизменно повторяет при каждой премьере.
Я в день премьеры не бреюсь. Обычно я бреюсь каждый день. Но в день премьеры прихожу в театр небритым. Кроме того, в день премьеры я не пью кофе. И последнее — за час до спектакля я умолкаю. Я не отвечаю на вопросы, не даю наставлений актерам, просто молчу, чаще всего наблюдаю за тем, как публика рассаживается, заполняет зрительный зал. Мне это очень нравится. Но позволяю себе такую роскошь только в день премьеры.
А вот и сюрприз. Сама Новелла Матвиенко в царской ложе! Почему-то главную ложу мы называем царской. Наш театр современный, к императорским театрам никакого отношения не имеет, да и дизайн его современный, а вот название ложи как-то прикрепилось… царская ложа… А сегодня в ней Сама… Хозяйка… недаром говорят, что ее с Новицким связывают серьезные отношения… тут и вся ее свора… ха! Весело! А вот и сам Новицкий. С ним несколько людей из его компании — вроде бы самые приближенные особы… Смотрю в партер — и там сюрприз, оказывается, кроме всех привычных лиц из первой столицы примчался сам Ванадий Алахов. И не один примчался, с ним его то ли пассия, то ли подруга, то ли непонятно кто, Машка-Распутница, то ли певичка, то ли кто-то еще из этого художественного бомонда. Она прошла по ряду, подняв мужчин и прочертив яркой анилинового типа помадой на силиконовых растопыренных губках молнию так, что цвет ее помады был виден даже за кулисами, а столбняк у мужиков не проходил еще пару десятков минут.
Это начинает мне нравиться — такая публика и на премьерный спектакль! А вот понравиться ли эта премьера публике? Думаю, мы будем посмотреть…
Театр полон, ложи блещут! Пора, пора, часы двенадцать бьют… ну, это я загнул с цитатами, но действительно пора. Я даю короткую энергичную отмашку, как Наполеон, бросающий в бой гвардию под Ватерлоо. Премьера начинается. Третий звонок, гаснет свет, публика затихает. В зале раздается короткое треньканье, кто-то в суматохе забыл выключить мобильный, трель умолкает. Спектакль начинается…