— Они живут в отдельном крыле дворца, как и жены, и дочери султана, — нехотя признался молодой мужчина, с отчаянием глядя на сестру в ожидании помощи, но та молчала. — Я буду султаном, у которого Тара станет единственной женой!
Это была последняя попытка убедить девушку, что их будущее возможно, но его ударили в спину.
— Ты не помнишь, что стало с теми правителями? — закрыв глаза, Акмаль опустил голову, его плечи поникли. Сестра должна была промолчать, но именно сейчас Хафиза подала голос. — Одного народ сместил и заменил на младшего брата потому, что у него был один — единственный сын, которому звезды не давали шанс на правление, и три дочери. Это неприемлемо для султана и опасно для страны. О трагической судьбе другого ты знаешь лучше меня.
— Выход есть! — сын Орла был готов пойти на все в битве за любовь. — Я отрекусь от престола, а значит смогу быть свободным от правил и женюсь на тебе…
— Нет!!! — Тара схватила Акмаля за руки и посмотрела в темные глаза, которые блестели от слез ярости и бессилия. — Ни за что!!! Если ты откажешься, это место займет Серкан. Мне страшно представить, что может случиться, если к власти придет твой брат! Он не глядя развяжет войну между нашими странами безо всякого повода, как случилось между Орлами и Драконами, — от этой фразы Хафиза и Райан вздрогнули. Аргумент был сильным, на него девушка возлагала все надежды. — Если вдруг так случится, мы все равно не будем вместе. Ты ничего не сможешь сделать, лишь наблюдать за катастрофой. Ты должен стать султаном, Акмаль, тогда все буду счастливы. Может, я потому и спасла тебя зимой, чтобы у Сэндаринии появилась надежда на достойного преемника и прочный мир между нами.
Тара внезапно почувствовала, как устала: для одного вечера было слишком много эмоций. Она села в кресло, переводя дыхание, внимательно наблюдая за сыном Орла, который сейчас напоминал смертельно раненную птицу.
— Это несправедливо… Хафиза будет счастлива с Райаном, уедет в Наби. Ты найдешь себе достойного мужчину, полюбишь его и выйдешь замуж, а я останусь в одиночестве.
— Неправда. Звезды говорят, что в твоей жизни будет любовь, долгая жизнь и успешное правление, — вмешалась Хафиза, которая не могла безучастно смотреть на страдания любимого брата. — Ты не будешь одинок, Акмаль, но для этого нужно отпустить Тару.
В зале вновь воцарилась тишина. Оглушенный всем происходящим, Райан изумленно смотрел на сестру, которая оказалась не по годам мудра и рассудительна.
— У меня остался лишь один вопрос… — наследник Сэндаринии вернулся в кресло, обессиленно бросив руки на подлокотники. — Кто?..
— Серкан сегодня рассказал мне про гарем. В этот раз он поступил правильно. Я все равно узнала бы об этом, это был лишь вопрос времени. Хафиза, Райан, оставьте нас наедине.
Услышав последние слова, дочь султана с недоумением посмотрела на любимого и перевела взгляд на подругу: — Что ты сказала?
— Мне надо поговорить с твоим братом наедине. Это не займет много времени. Пожалуйста.
Влюбленные не успели обсудить все, что произошло этим вечером в тронном зале, когда дверь открылась и вышла Тара. Хафиза что — то тихо прошептала Дракону и направилась к брату, стоящему у большого окна: — Акмаль…
— Все в порядке. Мы поговорили и объяснились.
— Честно? — карие глаза девушки с тревогой всматривались в темные глаза наследника. — Ты уверен?
— Да. Тара — мой друг. Замечательный друг и прекрасная девушка. Ты абсолютно права, когда сказала, что мое счастье еще впереди.
— Хорошо. Она понравилась мне с первого взгляда. Я рада, что вы смогли разобраться в своих чувствах.
Райан и Тара не спеша возвращались в свои покои длинными дворцовыми коридорами. Опираясь на руку брата, рыжая медленно приходила в себя: очередная страница была перевернута, завтрашний день начнет историю ее жизни с чистого листа. Ставить точку всегда сложно и очень часто — больно, но без этого невозможно двигаться дальше. Мужчину съедало любопытство, поэтому он отрыл дверь в комнату сестры и дал знак Ливии удалиться к себе.
— Что ты сказала наследнику? — Райан усадил Тару в кресло и встал перед ней на колено, пристально всматриваясь в лицо. — Почему хотела остаться с ним наедине?
Акмаль Хатами, наследни Сэндаринии
Сейчас у нее уже не было сил сдерживаться, поэтому слезы прорвались наружу: — Я виновата перед ним, Райан. Ведь я видела, что он влюблен, но в этих чувствах было так приятно купаться, — она шмыгнула носом и достала платок. — Акмаль дарил мне столько нежности, внимания и заботы… я не могла от них отказаться. Я ждала чувств от Эмера, а получила их от другого мужчины. Только сегодня вечером я смогла это понять… Так стыдно… Надо было сделать так, чтобы он отпустил меня без сожаления и надежды…