Наконец все пуговицы были расстегнуты, одну за другой она освободила его руки и бросила темную рубашку на соседний стул, где лежали куртка и жилет. Девушка сделала глубокий вдох и задержала дыхание: казалось, что ее сердце сейчас разобьет грудную клетку, а желание выйдет из-под контроля. Любимый мужчина был красив: тело, сильное и гибкое, очень напоминало Дракона из пещеры, а смуглая кожа отливала темным золотом в свете свечи и притягивала ладони целительницы, как магнит. На левом плече уже расползался огромный синяк, в центре которого было глубокое кровоточащее рассечение.
— Вот теперь ложись, — Тара положила его раненную руку на стол, и подошла поближе, дождавшись, когда мужчина опять пристроит голову на здоровой руке. — Потерпи, сейчас будет немного больно: я обработаю рану и наложу шов. Как ты умудрился подпустить их к себе так близко?
— Ммм…
— Ты только не ругай Каана, ладно? Без Драконов мы бы не справились — черных теней было очень много. Он велел ничего тебе не говорить, чтобы не волновать, — словно услышав вопрос, в безмолвном диалоге проявился с пояснениями Дракон Хорр. — Это я во всем виноват — отвлекся и не заметил, что они развернули стреломет, а он увидел и бросился наперерез, поэтому подставился под прямой удар.
— Я не буду его ругать, просто обработаю рану. Отдыхай, Райан. Нам скоро возвращаться домой.
Она только справилась со своими эмоциями, ну или решила, что взяла их под контроль, однако от слов наследника Тару накрыла новая волна благодарности, любви и нежности к этому упрямому и скрытному Дракону, который предпочитает терпеть, молчать и мычать вместо того, чтобы все рассказать. Сейчас Каан не был пьян: адреналин после схватки уже схлынул, а крепкий эль расслабил тело. Он наслаждался близостью девушки, нежным запахом фиалки от запястий и прикосновениями, легкими и быстрыми. Одно лишь ее присутствие меняло его жизнь, наполняло теплом и надеждой. С самого детства Эмер старался не привязываться к людям: они предавали и делали больно, или просто равнодушно уходили, оставляя его в тишине и пустоте, поэтому одиночество стало привычным состоянием. Красивый дом в Карфаксе, предназначенный для семьи, вызывал горькую усмешку, поэтому Дракон старался не появляться там, чтобы лишний раз не травить душу.
— Отвернись, — девушка приготовила иголку с ниткой, когда заметила, что мужчина подглядывает за ее действиями. — Не надо смотреть.
— Почему?
— Потому что я начинаю нервничать, — на щеках Тары появился румянец, а руки дрогнули. — Сейчас мне придется причинить тебе боль, но без этого никак не обойтись.
— Пффф… это разве боль? Если бы я мог сделать это сам, то давно бы справился, но эта царапина так неудобно расположена, — Эмер ерзал по столу, устраивая голову поудобнее. — Я буду смотреть на тебя, а ты просто зашивай, не отвлекайся. Ты — мое обезболивающее средство.
Глава пятьдесят восьмая
Девушка смочила чистую ткань специальным настоем трав, обработала кожу вокруг и ловко сделала несколько стежков, аккуратно стягивая края раны. Серьезный взгляд, прикушенная от напряжения розовая губа, пара локонов, выбившихся из прически — Дракон никогда не уставал следить за рыжеволосой красоткой, любуясь и восхищаясь, часто оставаясь невидимым для нее в шумной толпе или огромном дворце. Целительница затянула узелок и обрезала нитку острыми ножницами, когда почувствовала, как сильная рука подтягивает ее ближе… еще ближе…
— Что ты…?
Взгляд темных глаз не отрывался от губ девушки, а голос стал таким тихим: — Тара…
Развернувшись на стуле, Эмер медленно встал. Ее ладонь словно ждала этого. Когда и как она успела оказаться на груди мужчины?
— Магия природы: Драконы притягиваются друг к другу…
Каан приближался, внимательно наблюдая за любимой. Поймет ли его порыв? Отзовется? Убрал с ее лица прядь волос, выбившуюся из прически, едва заметно коснулся щеки. Она почувствовала. Поймала и удержала его пальцы на своей коже, закрыв глаза, наслаждалась моментом, теплом и нежностью прикосновения.
Легкое движение. Ладонь мужчины скользнула ниже, к скуле, щекотнула шею и оказалась на затылке. Сердце билось… везде — пульсировало на кончиках пальцев, сходило с ума на запястьях, отдавалось в самом низу живота, оглушало бешеным стуком. Сейчас была важна только она, эта невыносимая рыжая девчонка, которая в упор разглядывала его из — под полуопущенных ресниц. От поцелуя в лоб она гневно выдохнула, словно не веря собственным ощущениям. Темные глаза Дракона смотрели с улыбкой и вопросом. Решив обидеться, Тара дернулась, но он даже не отреагировал. Рука, лежащая на талии, держала сильно, не давая ни малейшего шанса на бегство. Эмер наклонился, словно хотел что-то сказать на ушко, но внезапно ее чувствительную мочку обожгло горячее дыхание и легкое касание языка. Словно фейерверк взорвался перед глазами, быстро разнося обжигающие искры желания по телу, ноги подогнулись от внезапно накатившей слабости.