— Когда она будет свободна, я приглашу ее на танец. Откажется — введу в круг силой, и вот тогда мы поговорим. Она увидит, как я популярен при дворе, каким успехом пользуюсь у придворных дам. Скажу ей все, что думаю, — сердце Лорда разогналось при мысли о том, как рыжеволосая дьяволица окажется совсем близко. — Эти яркие глаза, длинные волнистые волосы, легкий румянец на загорелом лице, милые ямочки на щеках и нежная улыбка, а еще — ее руки, те самые узкие горячие ладони, которые долго лежали на шее Фиолетового Дракона, исцеляя и наполняя жизнью…
Он пришел в себя, когда жеребец остановился в тупике, переминаясь с ноги на ногу и не понимая, почему хозяин толкает его вперед. Всякий раз, когда мысли мужчины касались Тары, он полностью терял контроль над собой, своими мечтами и реальностью. Вот и сейчас жители поместья с удивлением рассматривали хвост и задние ноги всем хорошо знакомого Смерча, стоявшего в узком тупике, а также широкие плечи его хозяина, одетого в привычный черный костюм. Выйдя из глубокой задумчивости, Эмер с удивлением увидел перед собой стену дома. С трудом развернув жеребца, Лорд вернулся на широкую улицу, игнорируя недоуменные взгляды жителей и продолжил путь.
В этот день Тара старалась без необходимости не выходить из своей комнаты: дворец был похож на муравейник, который кто-то разворошил палкой: по коридорам туда — сюда сновали слуги, спешили придворные.
— Не сегодня, — успокаивала себя девушка. — Все будет завтра: брат покажет мне дворец и расскажет все, что нужно знать в первую очередь, а еще рядом со мной Ливия, вдвоем мы точно не заблудимся и не попадем впросак.
Райан догадывался о состоянии сестры, поэтому улучил момент, когда ушли портнихи и еще не зашел куафер, постучал в дверь и с улыбкой передал ей уже знакомый фолиант: — Полистай, пусть эта книжка тебя хоть немного развеселит. Помнишь, в прошлый раз мы остановились на Драконах?
Само упоминание этой сценки из недавнего прошлого вызвало у девушки улыбку. Она взяла книгу, села в кресло у окна и открыла на первой попавшейся странице. Довольный наследник услышал звонкий смех из-за двери, счастливо кивнул и ушел готовиться к торжеству: его простая идея сработала, сестра развеселилась.
— Дочка, — Повелитель вошел в комнату, когда Тара, уставшая от баталий с парикмахером, листала тяжелую старую книгу. — Я принес украшения для сегодняшнего вечера, надеюсь, тебе понравится. Позволь, помогу тебе их примерить.
Слуга положил на стол красивый золотистый футляр, обтянутый тонким шелком. Когда отец открыл крышку, на черном бархате голубыми искрами вспыхнули топазы, окруженные сверкающими, как звезды, яркими бриллиантами. Изящное ожерелье в несколько нитей было настолько тонким, что казалось, камни свободно лежат на груди девушки, не имея креплений и основы. Тонкие сережки и аккуратное колечко не перегружали образ, но добавили блеска и элегантности. Руки отца подрагивали от захлестнувших чувств и воспоминаний, когда он застегнул маленький замочек ожерелья на шее дочери и надел кольцо на палец.
— Это мамин комплект? — слезы блестели в ее глазах. Тара разглядывала в зеркале свое отражение, едва касаясь мерцающих камней кончиками пальцев. — К ее синим глазам он подходил идеально.
— Тебе он тоже очень к лицу, сестренка, — Райан вошел в комнату неслышно и встал у нее за спиной. — Ты права, наша мама часто его надевала, это были ее любимые украшения.
Поняв, что сейчас целительница разревется от избытка эмоций, брат помог вернуть гарнитур в футляр, и семья направилась в столовую: время обеда подкралось незаметно, до вечернего приема оставалось все меньше времени. В уже знакомой столовой девушка обреченно вздохнула, когда слуга привычным жестом отодвинул ее стул: — Пора привыкать, хватит истерить и вести себя, как ребенок. Пусть не сразу, но я справлюсь!
— Ты чего так нахмурилась? — такая удобная безмолвная речь спасала в тот момент, когда вокруг были посторонние. — Не пугай слугу, он думает, что делает что-то не так…
— Я на себя нахмурилась, — отозвалась целительница. — Все это так необычно. Ты подсказывай, если я буду ошибаться, ладно?