— Тëма, дела подождут! Да, я слышала, что ты купил какой-то новый ресторанный комплекс, — раздраженно заявила она с опасными нотками назревающей истерики. — Ну и что? Перепоручи кому-нибудь обязанности, разжуй дела, положи в ротик… и вуаля!
— Ну не начинай, а? Тебя это совершенно не касается.
— Как это не касается? — взорвалась она, и я слегка отодвинул мобильник от уха. — Ты лишаешь ребенка общения с матерью!
— Ого, — я насмешливо присвистнул. — Ты вспомнила о своей номинальной роли матери? Круто. Приезжай к нам, и я с радостью посмотрю, как ты будешь общаться с сыном. И если поверю в твои внезапно вспыхнувшие материнские чувства, то тогда ладно. Поедем вместе отдыхать на Лазурный Берег. Лишь бы Костя был счастлив. А то, видишь ли, мне кажется, что с самого рождения он совершенно не представляет, что означает слово «мама».
То ли она не нашлась, чем на это ответить, то ли вдруг задумалась, но в трубке повисло молчание. Что ж, тем лучше.
— Приятного отдыха в Монако, — холодно бросил я и отключился.
Постоял немного у окна, выпил чашку остывшего кофе. Потом взгляд упал на упаковку мини-шоколада, и внутри кольнуло сожалением в острой приправе вожделения. Катя ускользнула в который раз. И это начинало бесить.
Я сгреб шоколад и швырнул его в стол.
Надпись «с марципаном», словно издеваясь, блеснула ярко-красным и погасла в недрах задвинутого ящика. Но нетерпеливая жажда догнать Катю уже вспыхнула снова, как будто ко мне неожиданно вернулся подростково-пубертатный период с воздействием взбесившихся гормонов. Когда творишь черте что, если хочешь добиться внимания девчонки.
Но это — не про меня.
Я давно не мальчишка, которого штормит от красивых глазок и упругих попок, и бегать за милой недотрогой не намерен. Да, я ее хочу и заполучу. Но без суеты.
Тем не менее, пальцы быстро набрали номер одного из моих новых охранников.
— Виталий, как обстановка?
— Спокойная, босс. Екатерина Николаевна общается с вашим сыном. Тут еще Бояров с Лебедой. И Василий Андреевич очень фамильярно себя с ней ведет.
— Василий Андреевич..? — медленно повторил я, наливаясь злым раздражением. — Фамильярно, значит?
— Да, босс. Ну, знаете, обнимашки… смешуëчки. Такого плана фамильярность.
Я отрубил связь и вышел из кабинета так стремительно, что секретарша в приемной подскочила на стуле и выронила что-то. Скорее всего пилочку для ногтей, свое любимое орудие труда.
— Артëм Александрович, что-нибудь…
— Позже! — рявкнул ей и нырнул в кабину лифта.
До восточного крыла здания я добрался быстро. И сразу услышал из ресторанно-игрового зала весëлые голоса. Причем самый громкий среди них принадлежал отнюдь не ребенку.
— …скажи старому доброму дяде Васе, что ты хочешь попрыгать во-о-он на том батуте! — трещал обнаглевший в край Боярка. — Только не один, а со мной и Катюшей, ага? Ведь хочешь? Скажи мне, да или да?
— Да! — охотно кивнул ничего не подозревающий Костя.
— Что и требовалось доказать, торжествующе подытожил Боярка и приобнял девушку за талию.
Зрелище, конечно, не прибавило мне настроения, но подобное поведение для этого балабола было в порядке вещей. А вот то, что Катя улыбнулась ему в ответ — слишком тепло, на мой взгляд, — выбесило мгновенно.
— Бояров! — прорычал я на весь зал.
Голоса в толпе резко стихли. Боярка вскинул руки ладонями вверх, словно партизан на прицеле противника. Вот только рожа у него была при этом такая блудливо-хитрая, что кулаки так и чесались немного отшлифовать ее выражение.
Я стиснул зубы. Собственная реакция на ерундовое происшествие крайне напрягала.
— Подойди на пару слов, — я кивком указал на дверь. — Лебеда, ты тоже.
В коридоре никого не было. Как только за нами закрылась дверь, я с подчеркнутым спокойствием развернулся. Блондин смотрел с большим любопыством, а виновник моего раздражения… с откровенным весельем и почему-то с сочувствием. Как будто отлично понимал, что я испытываю.
— Не лезьте к Кате со своими фокусами. Она на работе. Бояров, предупреждение к тебе особенно относится. Это ты понимаешь?
Боярка хмыкнул.
— Ну да, ну да. Кстати, Тëм, ты сам-то ведь до сих пор женат… а Катюша очень правильная девочка, — безмятежно сощурился он и повторил мои же слова: — Это ты понимаешь?
Глава 14. Ночная смена
Звонок Боярки выдернул меня из сна посреди ночи. Но если я и взял трубку, то лишь для того, чтобы послать его далеко и надолго.
Однако он опередил меня, быстро сказав: