Как бы сердечный припадок не словил, идиот. При таком-то переизбытке веса.
— Я учту, — нехотя ответил ему и многозначительно добавил: — Рестораны корпорации работают только с самыми… надежными партнёрами.
— Мы надёжные, Артём Александрович! Надёжнее некуда. С нашей стороны мы готовы на любые… то есть всё, что в наших силах…
Рядом с окаменевшей дылдой шумно вздохнула еще какая-то девица. Толстушка, похожая на пончик. Боковым зрением подметил, что она таращится на меня, как будто сто лет мужика не видела. Понятно, еще одна охотница за папиками на вечер…
Одно неясно.
На хрена эти шмары к Кате подошли? Пусть валят со своими «спонсорами» на все четыре стороны, пока приятный вечер окончательно не слился в трубу.
— Хорошо, — нетерпеливо прервал я бормотание Степана. — Можете идти.
Под его трусливо бегающим взглядом я уселся рядом с Катей и покровительственно вытянул руку на спинке дивана за ее плечами.
Ее реакцию отслеживал искоса, чувствуя себя каким-то маниакальным сталкером с раздвоением личности. Потому что часть меня воспринимала Катю своим основным жизненным приоритетом… а вторая раздраженно материлась:
«М-да… Да ты не просто влюблëн, Тëмыч. Ты болен! Иди другими бабами полечись — может, пройдет.»
Когда девушка не отодвинулась от меня ни на миллиметр, этот внутренний голос мгновенно заткнулся под шквалом какой-то тупой подростковой радости. Как у мальчишки, которому благосклонно улыбнулась самая красивая девочка в классе.
Идеально…
Я чувствовал себя сейчас идеально. Как будто был там, где и должен быть — на своем месте, рядом с ней. Как и она — со мной.
Осталось только и ее саму убедить в этом.
Глава 27. Субботняя традиция
Эти выходные до обеда проходили у меня, как обычно. В работе. Хотя после вчерашней экскурсии по рок-клубу «СуРок» я скорее недоспал, чем выспался. Так что продуктивно поработать удалось так себе, несмотря на пару-тройку чашек крепкого кофе.
В конце концов я плюнул на это дело и просто рванул за город к Андрею Батянину.
Пару раз в месяц по субботам он выделял некоторое время на простой коллективный сбор партнеров нашей Семëрки с посиделками-шашлыками. И никто его не пропускал без серьезной причины.
Каждый понимал, что это не просто какие-то шашлыки на природе. Это проверка на сплоченность руководящего состава.
Батя всегда держал руку на пульсе корпорации, и это всем внушало уверенность в ее незыблемости.
Я приехал последним — все уже были в сборе и нашли себе занятия по душе.
Боярка с Лебедой, как обычно, коршунами вились вокруг мангала и валяли дурака, сражаясь друг с другом при помощи шампуров. Короленко и Волчарин в отдалении беседовали с Батяниным — скорее всего перетирали последние новости криминального фронта. Это был излюбленный конëк обоих.
Один только Морозов реально отдыхал, вытянувшись на резной деревянной скамье во весь рост и блаженно щурился на хвойные кроны декоративных голубых елей. Седина на его голове отливала при дневном свете серебром, как будто часть волос вдруг покрылась инеем.
Никогда не спрашивал, откуда она взялась у него в таком молодом возрасте. Но краем уха слышал от его закадычного дружка Волчары, что к этому каким-то боком была причастна одна лживая шлюха, на которую Морозов чуть ли не молился, когда был зеленым юнцом[*].
Да уж, таким глубоким творческим натурам с женщинами реально нелегко. Слишком их идеализируют.
Я поприветствовал друзей и направился к нему.
— Здорово, Тëм, — сказал Морозов, уловив мое приближение боковым зрением. — Как настроение?
— Не выспался, — зевнул я и рухнул на соседнюю скамью, прихватив с садового стола пузатую кружку с пышной шапкой пены. — Как сам..?
Морозов поморщился.
— Фанатки вчера в кабинет прорвались, а ты и еще одну новенькую в гримëрку сам провел… эту, как ее… Люду, что ли. Гиперактивную подружку твоей Кати. Пока я ей автограф оставлял, она вешалась на меня, как невменяемая.
— И что, клюнул? — рассеянно полюбопытствовал я, но мыслями был далеко. С Катей.
Кажется, она сейчас в парке с детьми должна гулять…
— Ты сдурел? Нет, конечно, — скривился Морозов. — Я с фанатками принципиально не связываюсь. Себе дороже, насмотрелся уже…
В кармане у меня зажужжало. Я глянул на экран телефона — звонил охранник, который теперь везде сопровождал детей вместе с их хрупкой самоотверженной няней.
— К Екатерине Николаевне подошли знакомые, — доложил он. — Подозрительные личности. Мужик, похожий на алкаша, и с ним женщина. На вид вульгарная.