Его отступление немного снизило градус моего напряжения, но не избавило от навязчивых мыслей о Кате. Зацепило ее бояровскими хохмами или нет? С женщинами никогда наперед не угадаешь…
— Артём… — тихо позвала Катя, и я перевел на нее изучающий взгляд. — Василий просто дурачился.
Зашибись, они уже и на имена перешли. Плохой знак. В груди с новой силой заклокотала злость, и я не сдержался:
— Василий, значит. Как я понимаю, ему не пришлось долго уговаривать тебя, чтобы ты звала его по имени.
— Это само собой как-то получается. С ним общаться легко. И он мне не начальник.
Она передернула хрупкими плечиками, отчего мне нестерпимо захотелось прикоснуться к ней. Сжать ее тело в объятиях, напоминая о том, кому она на самом деле принадлежит.
И я не стал себе в этом отказывать. Шагнул вперед, захватывая эти беззащитные плечи в плен, и с грубоватой прямотой спросил:
— А кто он для тебя? Он тебе нравится, Катя?.. Больше, чем я?
Светлые глаза девушки расширились, и в ее зрачках отразилась моя мрачная физиономия со сдвинутыми бровями. Но она так и не ответила.
Так дело не пойдет. Я выбью из её головы все мысли о другом мужчине. Она должна думать только обо мне!
Я рывком подхватил её на руки и опустился на скамейку уже вместе с ней. А затем, не давая опомниться, смял нежные губы агрессивно-подчиняющим поцелуем.
— Артё…мгхм… — ее тихий вскрик потонул в сладком стоне.
…и меня переклинило.
Горячее густое желание вскипело в жилах вулканической лавой. Я набросился на девушку, терзая ее нежный ротик и ритмично сжимая умопомрачительную попку. В моих ладонях она ощущалась идеально. Просто охренительно. Так же, как и упругие полушария груди, на которые я переключился секундой спустя, лихорадочно шаря жадными руками по дрожащему девичьему телу.
Как же я хочу ее трахнуть! Такую сладкую, нетронутую… Аж в глазах потемнело от вожделения…
И всë это на фоне щемящей нежности, из-за которой так и тянет предостерегающе зарычать на самого себя.
Она испустила еле слышный стон в мой раскрытый рот, отчего стояк в моих штанах достиг, по ощущениям, как минимум, размеров Эйфелевой башни. Я вообще чуть не кончил прямо в штаны, как перевозбужденный мальчишка.
Да, сладкая… да… твой искренний отклик как райская музыка для меня…
Поймал ее стон своими губами и поощрил новыми ласками.
— Катя, моя Катя… Девочка моя…
— Артём… нет, — прошептала она задыхающимся голосом. А когда я не прекратил, попыталась увернуться. — Ты сейчас не в себе!
Не в себе…
Пожалуй, она права. Ее первый раз должен случиться не на садовой скамейке… и уж точно не с тем, кто нетрезв настолько, что еле-еле себя контролирует.
Несколько секунд паузы помогли. Я переводил тяжелое дыхание в размеренное, прижавшись горящим лбом к лицу Кати. Вблизи ее глаза казались огромными и немного испуганными.
— Да, я с ума схожу, Катя, — признался я ей отрывисто. — Из-за тебя. По тебе. Довольна?
— Я… — растерянно приоткрыла она рот, но я прижал к ее восхитительно истерзанным алым губам палец.
— Нет, помолчи. Дай сказать, пока я могу и хочу этого. С самого первого взгляда, когда я только увидел тебя тогда, на парковке… с самой первой минуты ты стала моим наваждением. Такая милая. Такая бескорыстная. Такая смелая, когда дело касается защиты слабых… и такая робкая, когда надо защитить себя! Когда ты сбежала на работу босиком, я ползал в тех проклятых колючих кустах целых полчаса, как дурак. Хотел найти твою туфлю. Даже не знаю, зачем… на тот момент. Просто знал, чувствовал, что если не найду ее, то потеряю что-то очень важное в своей жизни.
— А я-то обыскалась ее… — она слегка улыбнулась под моим пальцем, даже не осознавая, как сильно рискует нарваться на второй сеанс спонтанного петтинга.
Я усилил предостерегающее нажатие и продолжил глухо:
— Ты не представляешь, как я был рад обнаружить на подошве логотип своего нового приобретения для расширения ресторанного бизнеса. Таинственная незнакомка — официантка в моем «Дворце»! Скрывается под самым моим носом!.. Это был очень приятный сюрприз… из череды многих других, которые вскоре последовали за ним. — Из груди вырвался непроизвольно тяжелый вздох. — Знаешь, Катя… ты ведь из породы тех чертовски милых людей, которым хочется верить безоглядно. Но я не привык так делать. И проверял тебя тем тщательнее, чем сильней мне хотелось махнуть на всё рукой… Наверное, так бы я и сделал с самого начала, если бы не мой сын. Я в ответе за его жизнь.