- Конечно помню, - я не могу сдержать смех при одном упоминании об этой истории, - а потом мой папа чуть не подрался с отцом Игорька на родительском собрании, - вспоминаю я все подробности, - после того как сказал, что не собирается меня наказывать, потому что не моя вина в том, что Игорь — хлюпик, которого избила девчонка.
- Точно, - смеется Пабло, - а помнишь, когда я лежал в больнице, то ты каждый день приходила и читала мне учебник по физике, чтобы мне не было так грустно?
- Помню, - тихо говорю я, это воспоминание уже не вызывает во мне столь радужных эмоций.
Никогда не забуду тот день, когда я увидела своего друга в больничной палате. Избитый, напуганный до чертиков Пашка... Он казался таким крошечным на огромной больничной койке. Помню, как у меня сердце разрывалось при одном взгляде на него. Мне так хотелось ему помочь, но все, что я могла сделать — это просто читать ему вслух. Мне тогда даже в школу разрешили не ходить, а вместо занятий сидеть с Павликом.
- Так вот, - продолжает мой друг, - мы были у меня в палате, ты читала, к слову, очень плохо читала. Надеюсь, что сейчас ты развила этот навык.
- Вот ты не мог промолчать, - возмущаюсь я.
- Не столь важно, - не замечает рыжий моего недовольства, - тогда я сказал тебе, что когда-нибудь тоже помогу тебе в сложной ситуации. Сегодня я наконец-то это сделал.
Ах, мой милый Пашка! На самом деле я помню эту его фразу, хоть мы и были тогда совсем детьми, но до сегодняшнего дня я думала, что он сказал это в каком-то бреду, а оказалось, что он никогда не забывал о данном мне обещании.
Мне хочется снова обнять этого парня, провести рукой по его рыжим кудряшкам и даже поцеловать в щеку. Потому что, как выяснилось, он — это единственный человек в моей жизни, который держит свое слово.
- Я знаю этот взгляд, - ловким движением Пабло уворачивается от моих попыток его приобнять, - я с тобой сегодня уже один раз обнимался, хорошего, девушка, по-немного.
- Пашка, не будь таким! - пытаюсь пристыдить его я. - Проявлять эмоции — это нормально!
- Ага, нормально, - бурчит рыжий, - ты упала в бассейн. Все твои вещи пропитались водой. Мало ли какую химию они в неё добавляют! А у меня, знаешь ли, нежная кожа, - в подтверждение своих слов он демонстрирует мне свое белоснежное запястье. - А еще ты, может быть, уже простуженная. Бродила мокрая непонятно где, теперь хочешь и меня заразить?
- Нет, не хочу, - пытаюсь сдержать смех и сказать это максимально серьезно.
- Я тебе верю, - смягчается Павел, - и за то, что ты не строишь злых планов против меня, я напою тебя чаем. Элен, ты пойдешь ко мне в гости?
- Не знаю, Пабло, - неуверенно отвечаю я, - у тебя же отец приехал. Мало ли как он на меня отреагирует?
- Не выдумывай, - тянет меня за локоть рыжий, - во-первых они уже давно спят, а если и нет, то при тебе папа не будет пытаться учить меня жизни.
- Неужели твой отец такого высокого обо мне мнения, что в моем присутствие даже выражения подбирает? - удивляюсь я.
- Ого, какого ты о себе высокого мнения! - смеется Павлик. Уже серьезно он обьясняет: - Ты же знаешь моего папу. Он высокого мнения только о себе, а при тебе меня трогать не станет, потому что мужики, по его мнению, должны решать вопросы один на один.
- Вот уж не думала, что ты такие слова знаешь! - не удерживаюсь от замечания я.
- Так вот от отца и нахватался, - пожимает плечами Пашка.
(продолжение от 2.11)
***
В квартиру моего друга мы пробираемся на цыпочках, чтобы никого не разбудить. Хотя за дверью спальни его родителей я слышу подозрительный шум, который наталкивает меня на мысль, что они вовсе не спят, а во тьме ночной с нетерпением ждут возвращения своего чада, которое так неожиданно умчалось непонятно куда. Видимо, боясь спугнуть спонтанное желания Павла выйти на улицу, его родственники решили сделать вид, что ничего странного не произошло.
- Дать тебе что-нибудь, чтобы ты могла переодеться? - предлагает рыжий, когда мы наконец-то оказываемся в его комнате.
Конечно, я не отказываюсь. Одежда до сих пор мокрая, а мои манипуляции с Люсиным феном — это скорее самообман, чем реальное решение проблемы. Сколько бы я не уговаривала себя, что мне удалось все высушить, но на деле ткань все равно продолжает противно липнуть к телу.
Пабло протягивает мне свой аккуратно сложенный спортивный костюм и удаляется на кухню за обещанным чаем.
Пока я неуклюже стягиваю с себя одежду, то Пашкино платье снова превращается в рубашку. Вот она настоящая магия! Рыжий, конечно, предупреждал меня о том, что не стоит делать резких движений, но я не думала, что швы разлезутся так быстро. Да, не быть Павлику великим дизайнером, а мне не красоваться на светских раутах в его эксклюзивных нарядах.