А признаваться было страшно. Хоть Аня всё и решила. Но чего именно боялась девушка — она сама до конца не понимала. Ей всегда нравилось быть хорошей для всех девочкой, она носила этот образ, как самое любимое платье. Но, кажется, выросла из него, хотя признаться себе в этом пока не могла.
И если раньше Ане удавалось заткнуть совесть, то сейчас, сидя в машине с друзьями Димы, ей всё тяжелее было справляться с грузом вины. Ей было стыдно втройне. И хоть она твёрдо решила, что нельзя во всём признаваться прямо сегодня и портить этим день рождения парню, но её всё сильнее начинало тошнить от самой себя.
Подъехав к даче, Аня выскочила из машины и глубоко задышала, словно этот час в дороге её душили невидимые, но стальные руки совести.
— Тебя укачало? — Нель тихо подошла сзади и дотронулась до Аниного плеча.
Анна постаралась беззаботно улыбнуться:
— Немного.
В голове же у Ани был полный бардак. Мысленно она твердила себе, что она дура и вообще-то ничего никому не обещала. Выходило не сильно удачно. «Да-а-а… — мысленно протянула она, — не быть мне изменщицей, с такими муками совести я уж точно буду верна своему мужу, если он у меня когда-нибудь появится».
Дача оказалась большим двухэтажным деревянным строением за высоким забором. Из-за забора Аня хорошо рассмотрела в центре второго этажа огромные окна, скошенные по форме крыши. Сама же крыша была отделана тёмной черепицей, а стены — досками цвета золотистой охры, создавая ощущение уюта. За домом высилось несколько сосен. Аня подумала, что именно о таких деревьях в книгах и пишут: «вековые».
— О, мы первые! — друг Михи подошёл к забору, набрал код, поднёс ключ, и ворота начали разъезжаться, освобождая проезд для машины.
Миха быстро заехал, припарковал авто в просторном гараже, где легко поместилось бы ещё как минимум пару машин. Гараж был пристроен справа от дома.
В целом Ане очень понравился дом. Ничего общего с дачами, на которых она бывала, этот коттедж не имел. На первом этаже были большие окна в рамах цвета черепицы на крыше, практически такие же, как и на втором этаже, только прямоугольные, и между ними было куда больше расстояния. На газонах ещё зеленела трава, но местами она уже пожухла.
Чьи-то фары осветили ворота, затем послышалось шуршание гравия, и во двор заехала машина Димы. На водительском сидении сидел именинник, рядом Марк.
— Вы уже здесь? Оперативно, — припарковав автомобиль, Дима, улыбаясь, вышел к гостям. — Извините меня за опоздание, дела.
Парень широким шагом подошёл к Ане и по-хозяйски заключил её в объятья.
— Извини, что не получилось поехать вместе, — прошептал на ухо девушке молодой человек. — Надеюсь, эти обдолбыши тебя не сильно достали, — и уже куда тише в самое ухо добавил. — Я скучал.
— Всё в порядке, — Аня улыбнулась, бросив взгляд на Нель. Девушка не отводила от них ревнивого взгляда и даже не пыталась это скрыть.
— Хорошо, — тихо прошептал в самые губы Дима и поцеловал Аню.
И её снова постигло разочарование. В начале их романа ей были приятны поцелуи Димы, но теперь они стали какими-то пресными, словно повар забыл посолить и поперчить своё блюдо. Аня отвечала на поцелуй в надежде раскопать в себе те же эмоции, что испытывала совсем недавно, пусть и к другому парню.
Ничего. Совсем.
Поцелуй с Димой превратился для неё в механический скользкий мокрый акт.
«Ну как же так? — мысленно сокрушалась Аня. — Ведь он мне нравился. Он симпатичный. И раньше всё было куда круче. Почему всё так изменилось? Чёртов Марк! От него в моей жизни одни неприятности. Зачатки бури так и не смогли развиться в настоящий вихрь, а без него встречаться не стоит. Поговорю с ним об этом после праздника».
Дима выпустил Аню из объятий, но руку отпускать не стал. Он вцепился в неё с такой силой, что Аню бы не удивило, если бы у неё хрустнули кости. Мимо прошёл Марк и иронично ухмыльнулся. В его глазах плясали бесята и Аня заметила их.
«Только не сегодня, — взмолилась девушка, одним взглядом пытаясь передать свои мысли парню. — Надеюсь, тебе хватит мозгов в день рождения друга держать язык за зубами».
Дима включил рубильник в гараже, куда Ане пришлось идти с ним прицепом, и весь сад озарился светом нескольких сотен фонариков. Нель захлопала в ладоши и громко рассмеялась, специально привлекая к себе внимание, Дима мельком взглянул на неё, и между его бровей пролегла складка. Он злился на нее.