- Нет, что вы, я уже ухожу, - сказала я художнику, который уже был совсем навеселе. Единственное моё желание в этот момент было - побыстрее исчезнуть с этого вечера.
- Ну куда же вы, моя прекрасная "Рыжая Роза”, - Герман взял меня за руку и стал целовал её.- Я умоляю вас, всего один час в моей студии.
Со стороны всё это очень комично смотрелось. Я пыталась вырваться, но художник продолжал держать мою руку в своих и просить меня согласиться ему позировать. Мне на помощь пришёл Васильев.
- Гер, отпусти девушку, она со мной и ты сам знаешь, как я отношусь к твоим моделям, - сказал строго он.
- Только ради тебя, Генка. Ты прав! Она стоит тебя, у вас цвет одинаковый, - загадочно произнёс художник и наконец оставил меня в покое.
- Так значит, Герман Горанский - Ваш друг?
- Да, ещё со школы. Он очень хороший человек, просто сегодня, видно, выпил лишнего. Обычно он так навязчиво не ведёт себя. - оправдывал он художника.
- Спасибо, что помогли, - произнесла я. - А Викторию вы тоже знаете?
- Да, конечно. У нас есть некоторые общие знакомые.
- И она тоже очень хороший человек? - не удержалась я.
- Да, это я ей представил Германа. Это благодаря ей, Герман получил известность. - искренне ответил Васильев.
Вот это меня обидело. Все для него были хорошими, только я одна плохая.
- Простите, мне пора. - сухо ответила я и направилась к выходу.
- Постойте, Эльвира, я бы хотел вас проводить, если вы не против. - сказал он.
- Только не обвиняйте меня потом, что я за вами бегаю, - с сарказмом ответила я.
- Простите меня за тот вечер. Дело в том, что я был уставший после трудной операции, а когда вас увидел рядом с Иркой, да ещё и со сломанной машиной, то подумал, что она опять всё подстроила, чтобы свести нас. - объяснил он, предлагая мне руку.
- Ваша дочь очень беспокоится за вас, ей кажется, что вы несчастны. Вам бы с ней поговорить по душам, объяснить ей, что вам не нужна её помощь в поисках... - я не нашла подходящего слова, поэтому быстро добавила. - Она вас очень любит.
- Я знаю, но иногда она ведёт себя, как ребёнок.
- Ну так она, по сути, и есть ещё ребёнок! Сколько ей? Двадцать? Двадцать один? - спросила я.
- Двадцать один, - ответил он.
— Вот! Вы сам себя вспомните в этом возрасте! Сколько глупостей натворили? - улыбнулась я.
- Да уж, не мало,- засмеялся он в ответ.
- А дочь ваша, я так думаю, что и половины того не сделала. Она умница. - сказала я.
В этот момент мы подошли к стоянки такси, но там не было ни одной машины. Я уже хотела снова набрать номер вызова, как Васильев меня опередил.
- Тогда предлагаю совершить ещё одну глупость, хотите я вам покажу самое красивое место в Москве.
Это было неожиданно. Я посмотрела на него с некоторым недоверием, но желание узнать побольше о Виктории взяло верх.
- Хорошо, но перестаньте меня звать на вы, раз уж мы собираемся делать глупости вместе,- согласилась я.
- Договорились. Моя машина за углом, на стоянке. Приготовься увидеть самый завораживающий вид ночной Москвы, раз уж мы сегодня настроены на красоту!- воскликнул он.
Всю дорогу Васильев рассказывал о Германе и их детских шалостях. Никогда я не видела его таким радостным и таким красивым. Ему невероятно шёл чёрный смокинг и белоснежная рубашка, и носил он его с невероятной свободой. Вовку мне пришлось заставлять целый день ходить в этом костюме, чтобы у него хоть немного исчезла скованность в движениях. А Геннадий выглядел так, как будто родился в смокинге. "Видно, часто он посещает такие мероприятия," - подумала я.
Когда мы въехали на место, я узнала Ходынское поле, только там сейчас было все перекопано и понастроено, и среди понастроенного оказался торговый центр «Авиапарк». Как и большинство подобных сооружений, довольно бестолковый и чудовищно пафосный. Я сначала не поняла, зачем Васильев заехал на парковку, вырулил в правое крыло, поднялся на второй этаж, забрал еще немного правее и остановился. Он помог мне выйти из машины и я попала на абсолютно пустую асфальтированную плоскость, которую со всех сторон окружали «шедевры» ходынской модерн-архитектуры. Это было очень странное место. Васильев помог мне выйти из машины и подвёл к огороженному краю парковки. Вокруг никого не было, ни одной машины, выходило высоко, разноцветно и умиротворенно.
- Тебе нравится?- спросил меня он.
- Да. Очень. Это как будто ты в кинотеатре одного зрителя,- заворожённо ответила я.
- Да, только кока-колы и чипсов не хватает,- засмеялся он.
- Я не любитель кока-колы и чипсов, - ответила я.- Я прожила в Москве пять лет, пока училась, но даже не знала, что существуют такие места. Хотя, что я несу, тогда ещё и этого торгового центра не было.