- Да, мы встречались на дне рождения одного моего приятеля. Кстати, отвыкай называть меня "Тёть Эль", зови меня просто Эли или Эльвира, - пояснила я, - а то в Америке родственные связи не произносятся.
- Тогда и ты меня зови Владимир, - обнаглел Вовка.
- Вот, когда докажешь мне, что ты мужчина, тогда и буду звать тебя Владимир, а пока ты для меня зелёный Вовка, - засмеялась я.
Всю обратную дорогу Вовка расспрашивал меня о жизни в Америке. Я его отлично понимала, с такой матерью он никогда не выезжал за пределы Москвы.
Когда он учился в университете, Ольга почти каждый день приезжала к нему с кастрюлями и чистым бельём. Так что из дома он вроде бы и не уходил, а на третьем курсе, когда ремонт в общежитии затянулся, а денег на аренду квартиры не было, Вовка совсем вернулся домой. Он каждый день ездил на занятия в электричке, а потом купил «Шкоду». Только теперь у него появился реальный шанс уехать далеко-далеко, чтобы мамочка его не достала.
Когда мы подъехали к дому, я сразу увидела машину Васильева. Геннадий стоял возле неё и держал огромный букет роз. Не буду скрывать, меня это поразило.
- Эльвира, прошу тебя, дай мне возможность объяснить, - начал Васильев, протягивая мне цветы.
- Хорошо. Только мне не нужны никакие объяснения. - ответила я, но букет взяла. - Вов, иди домой, скажи матери, что я скоро.
Вовка усмехнулся, но ничего не сказал. Как только за ним закрылась дверь подъезда, Васильев заговорил снова.
- Эльвира, я должен объяснить моё поведение в тот вечер. Поверь мне, я не хотел тебя обидеть. Просто после развода с Еленой, я поставил крест на каких-либо отношениях, если они не касались работы и друзей.
- Геннадий, не надо оправдываться. Я совершенно не обижена, тем более твоя дочь мне всё рассказала.
- Когда? - удивился он.
- Два дня назад. Она мне помогала в одном деле. Так что я всё понимаю. Спасибо за цветы. Они прекрасны. Но я думаю, что нам лучше больше не встречаться, потому что это не нужно ни тебе, ни мне. - сказала я.
- Эля, если я тогда растерялся и повёл себя как дурак, то это совершенно не значит, что я не хочу продолжать встречаться, - запротестовал он.
- Прости, но я тогда тоже повела себя, как дура ...
Он не дал мне договорить, потому что его губы закрыли мне рот. Это был самый неожиданный поцелуй в моей жизни и, наверное, самый больной. Он так сильно прижимал меня к себе, что шипы роз вонзились мне в грудь. Это моментально меня отрезвило, я вырвалась и побежала в подъезд, как какая-то не целованная девственница. Только на лестнице я пришла в себя и засмеялась истеричным смехом. "Вот что он теперь обо мне подумает? Сначала сама на него набросилась, а потом сбежала, как дура. Хотя, какая мне разница, через неделю, я уже и думать о нём не буду," - подумала я и пошла домой.
Владимир.
Ещё прошлым вечером я подключил "жучок", который оставила Эльвира в доме Виктории, на мой компьютер, так, что все записи сразу копировались в отдельную папку. Утром у меня не было времени ничего прослушать, потому что мы спешили в посольство. Потом у нашего дома нас поджидал сюрприз, вернее он ждал Эльвиру. Для меня не было большим секретом, что моя тётя нравилась мужчинам, но увидеть, что даже отец Ирины, который, по её словам, недолюбливал женщин, не остался равнодушен к чарам моей крёстной.
- Иди домой и скажи своей матери, что я скоро буду, - сказала Эльвира.
Только я сразу понял, что быстро у них ничего не закончится, но ничего не сказал и пошёл домой.
- Ну как? Документы приняли? - спросила мама.
- Да, сказали, что через неделю можно будет забирать паспорт с визой. Если бы не Эльвира, то мне скорее всего не открыли бы её так быстро. - ответил я.
- А где она, кстати? - поинтересовалась мама, заметив, что Эльвира не вошла со мной.
- Она там внизу, с новым женихом, - засмеялся я.
Мама бросилась к окну.
- Это не Владимир. - сказал я.
Мама остановилась и посмотрела на меня.
- Это было так заметно?
- Да.
- Прости.
- Мне не за что тебя прощать. Ты взрослая свободная женщина и имеешь полное право на чувства. Правда Владимир, это не совсем то...
- Я знаю, - перебила она меня. - Знаешь, как иногда бывает тяжело принять, что тебя не любят, поэтому люди делают страшные вещи.
- Ты о чём? - не понял я.
- Сядь, сынок, - сказала она. - Нам надо поговорить о твоём отце.
- Зачем? Он нас бросил пятнадцать лет назад и ни разу не появился.
- Нет. Это он меня бросил, но не тебя. Он приходил много раз, пока ты в школе был или в кружке, приносил тебе подарки, умолял меня разрешить встречаться с тобой.