- Ну, крестная, ты меня очень удивила, - засмеялся мой крестник, когда мы вышли из кабинета.
- Держи рот на замке! - отрезал я.
Как это могло случиться? Как? Это противоречит природе и здравому смыслу. Я не могу быть беременной. Меня лечили много лет и вердикт всегда был один - бесплодие.
— Пойдем в аптеку, — приказал я.
- За витаминами, - продолжал улыбаться мой крестник.
- Нет, за тестом на беременность. Я не верю в чудеса, - сказала я.
Только все мое неверие испарилось, когда я второй раз в жизни увидела две полоски и снова меня охватило чувство страха. "Что мне теперь делать? Этот ребенок от моего брата! Господи, за что ты меня так наказываешь?" - взмолилась я.
***
Владимир.
Когда я услышал, что сказал врач, я был удивлен до степени шока. Я не знал, что женщина может забеременеть натуральным способом в её возрасте. Я увидел лицо Эльвиры и понял, что она так же была ошарашена, как и я. Она готова была принять страшный диагноз болезни, но не новость, что скоро станет мамой. Я не знал о её проблеме с бесплодием, думал, что это было её взвешенное решение не иметь детей, как «чайлдфри», и посвятить себя только своему профессиональному росту. А тут такая новость!
Эльвира не хотела поверить в то, что с ней произошло, пыталась убедить врача, что это невозможно, но он стоял на своём. Поэтому мы пошли в аптеку, где она купила тест на беременность. Придя домой, Эльвира заперлась в ванной и провела в ней достаточно много времени. Я понятия не имел, сколько времени занимал этот процесс, но через полчаса начал волноваться.
- Эли, ты в порядке? — спросил я, постучав в дверь.
Она вышла, и я увидел ее глаза, полные ужаса. Я не знал, что беременность вызовет в ней такие эмоции.
- Что? — спросил я снова, с некоторой нервозностью.
- Я беременна. - сказала она безжизненным голосом.
- Эли, кто отец? Это Васильев, с кем ты была до того, как мы уехали из России?
- Да, но я не знаю, что делать? Мне не двадцать лет, и моя жизнь приспособлена к моим потребностям, но теперь это, как гром среди ясного неба, - сказала она, но я чувствовал, что дело вовсе не в этом, а есть нечто большее, чего она не осмеливалась пока рассказать мне.
Я обнял её, и она, как маленькая девочка, уткнулась головой мне в грудь и заплакала. Я нежно погладил ее по спине и заговорил с ней, пытаясь ее успокоить.
- Ничего, крестная, ты сможешь, ты очень сильная, ты будешь самой лучшей мамой на свете, а я тебе помогу. Мы можем справиться с этим вместе. Я всегда буду на твоей стороне.
- Я пока не знаю, будет ли у меня этот ребенок, - грустно вздохнула она.
- Как ты не знаешь? Он уже существует. – удивился я, ничего не понимая.
— Я собираюсь сделать аборт, — тихо сказала она.
- Нет! - воскликнул я, - скажи мне, что это глупая шутка.
- Нет, Володя, к сожалению, я не шучу, - снова всхлипнула она, - если бы не одна причина, я бы и не подумала снова убить своего ребёнка.
- Какая причина? - спросил я, поглаживая ее со спины.
— Лучше тебе не знать, — ответила она с такой болью в голосе, что у меня сжалось сердце.
- Нет никаких причин, чтобы убить ребенка, - сказал я и немного отстранил ее, чтобы увидеть ее глаза.
- Ты ошибаешься они существуют, если отец этого ребенка мой родной брат, - отрезала она.
- Какой брат? Ты сказала, что отец Васильев? - Я ничего не понял. – Слушай, давай выпьем чаю, ты успокоишься и мне все объяснишь, потому что у тебя какая-то каша в голове от этой новости.
— Геннадий и я дети Валета. Похоже этот козёл разбрасывал своё семя где не попадя, — огрызнулась она.
Пока я готовил чай и бутерброды, Эльвира рассказала мне историю своей матери и результаты ДНК-теста с Валетом.
- А почему ты решила, что Васильев тоже его сын. - спросил я.
- Ирина мне сказала, что он незаконнорожденный сын Валета. А потом сам Геннадий рассказал, что его мать работала врачoм в колонии, где сидел Валет. Поэтому он помог Геннадию купить дом у Виктории.
- Ты собираешься сказать Васильеву о ребёнке? - серьезно спросил я ее, после того, как она перестала рыдать.
- Нет, достаточно того, что я буду жить с этим. Я не хочу, чтобы он ненавидел меня. Это инцест, понимаешь, - сказала она таким голосом, что я содрогнулся от брезгливости, - поэтому я и не хочу ребенка от этих извращенных отношений.
- Подожди, может быть, все не так серьезно. Валет сказал тебе, что Васильев его сын?
- Нет. Но он сказал, что спал с матерью Геннадия. - ответила она.