- Владимир, ты не можешь понять одного - я просто не знаю, как ему это рассказать! - Она сопротивлялась, но уже была серьезна.
- Ты пытаешься мне убедить, что за два с половиной месяцев ты не нашла нужных слов? - настаивал я.
- Ты даже не представляешь, сколько раз я пыталась ему позвонить, но всегда бросал трубку, потому что боюсь, что он мне не поверит. В первый раз Гена женился на женщине, которая его не любила, и вышла за него замуж просто из-за беременности. Представь, что он подумает, вернее, ему покажется, что я делаю также, - пояснила она.
- Я понимаю, но не принимаю. Он может думать, что угодно, но он должен знать, извини. Твой сын имеет право на отца, - ответил я и вдруг сообразил, что, собственно, мешало ей позвонить Васильеву, поэтому добавил. - Ты же любишь Геннадия, поэтому и не звонишь ему?
- Не говори глупостей! - воскликнула она и покраснела.
- Точно, как же я раньше не догадался! Ты любишь его, поэтому так сильно переживала ваше возможное родство, поэтому боишься ему звонить, потому что думаешь, что он не любит тебя. Какие странные создания вы, женщины! - Я засмеялся.
- Ты слишком догадлив, но это не твоё дело. - обиделась она. - Лучше помоги мне вещи собрать. Как только Мили закончит оформлять детскую, я сразу перееду.
Теперь я не сомневался, что Эльвира любила Васильева. Мне оставалось выяснить, что чувствует он к моей крёстной.
- Кстати, я хотел поговорить с тобой об этом. Мне не нравится твоя идея уехать на Сан бич. Как ты там будешь одна? А вдруг тебе будет нужна помощь?- сказал я.
- Ну Сан бич всего в двадцати километрах от Лос-Анджелеса, да и воздух там получше и народу поменьше,- ответила она.- А тебе пора пожить одному.
- Хорошо, но ты должна всегда носить телефон с собой и сразу отвечать на мои звонки, чтобы я не волновался,- поставил он мне ультиматум.- А когда срок подойдёт рожать, вернёшься сюда.
Глава 39. Спокойствие и только спокойствие.
Эльвира.
Месяц назад я перебралась в домик на Сан Бич, но не проходило и дня, чтобы Владимир не приезжал ко мне под предлогом классов сёрфинга. Он говорил, что наконец-то сбылась его мечта - научиться плавать на доске. Раньше он стеснялась появляться на пляже, но теперь все было прекрасно, и ничто не мешало любоваться его кровно заработанной плиткой шоколада.
У Владимира вообще всё складывалось самым наилучшим образом. Он с энтузиазмом работал в студии Ману, стал шефом департамента графических спецэффектов. Зарабатывал очень приличные деньги, иногда даже больше меня. Начал писать новую игру. Казалось, что у него открылось второе дыхание, а скорее всего он стал чувствовать себя свободным. За год он похудел на сорок пять килограммов, а благодаря физическим упражнениям, там, где раньше был жир, теперь красовался рельеф мышц.
Иногда я сама смотрела на него, как художник, любующийся своей самой удачной картиной. Его тело стало великолепным. Ничего не осталось от толстого поросёнка, все теперь было на своих местах и как положено. И если верить Бри, то внизу он тоже был идеален.
Его отношения с Бри переросли в близкую дружбу, которая давала свои плоды. Владимир стал довольно хорошо разбираться в моде и теперь одевался со вкусом. Но самое главное было то, что он чувствовал себя уверенным в себе. Хорошая работа, приличные деньги и секс с понимающей девушкой дали ему такую возможность.
Когда он сказал мне, что хочет купить Харлей, я сначала ему не поверила и попыталась его отговорить, потому что этот тип мотоцикла был, в моём понимании, предназначен для стариков, застрявших в эпохе хиппи, или для дураков, которые считали, что они «Терминаторы». Владимир не подпадал ни под одну из этих категорий. Но он меня убедил, сказав, что теперь хочет чувствовать себя «безопасно свободным». Я его поняла и больше не настаивала на покупке хорошей машины.
Еще Владимир подружился с Ману, который был на десять лет старше моего крестника, просто обожал его и благодарил меня за то, что я привезла его в Соединенные Штаты. Мой крестник всё ещё продолжал играть в баскетбол с Дином, Джошем и Ником из банка. Они оказались хорошими парнями и друзьями, которых вообще-то трудно было найти в Америке.
Короче говоря, его трансформация была почти полной в рекордно короткие сроки. Он много работал над этим сам, но учитывалось и мое непосредственное участие. Благодаря моей случайной беременности и приобретению отца-"мафиози" мой крестник вырос из неуверенного ребенка, ничего не способного сделать без матери, в человека, у которого были свои принципы и которые он мог отстаивать. Поэтому постоянно требовал позвонить Васильеву и рассказать ему о ребёнке.