На будущее мне нужно было узнать максимум об этом месте, так что придётся терпеть. Пройдя два коридора, я вышел в просторный холл, где находились кабинеты, диванчики и широкая лестница вверх и вниз. И как это уже сегодня бывало, шестое чувство в задней точке подсказывало, что проблемы для неё самой находятся внизу. Разумеется, по всем законам жанра ужасов, я начал спускаться.
Лестничных пролётов было несколько, этажа на четыре, и когда я спустился в самый низ, рефлекторно держался за живот, так как голод невыносимо давил, а злость непонятно на кого надвигалась волнами. Если я ослаблю концентрацию духовности, то сразу же потеряю голову — железно.
Внизу были двухстворчатые открытые двери и справа какая-та будка, по типу КПП. Пройдя мимо, я направился по металлическому коридору вглубь. Он напоминал мне коридор подлодки, только раза в три шире. Тянулся он метров пятнадцать вперёд и десять вправо.
Но когда я достиг его конца и заглянул за створки следующей двери, то в ужасе шарахнулся назад и выбежал к лестницам, а затем и по ступеням!
От жести, которую я там увидел, у меня не было подходящих матов, чтобы качественно выразить свои чувства. Только когда я выбежал в зал ресепшена, я облокотился на стойку и стал тихо материться чем получится.
— Пи… Нах… Бл… Кусочек Содома в этом мире… — пробормотал я и поёжился.
В конце того злосчастного коридора был зал, подсвеченный неярким синим светом. Свет исходил от светящейся колонны в центре, которая тянулась куда-то в потолок. А вот вокруг неё водили «хоровод» гопники. Как загипнотизированные, на карачках, они почти упирались в задницу своему собрату, кружили в пяти метрах от колонны. Всего особей пятнадцать. Но самое ужасное было не это, а то, что находилось во всём пространстве зала.
Весь пол был усеян живыми и мёртвыми окровавленными животными. Куча большущих крыс, птиц, похожих на орлов, кошек размером с рысь и местных собак похожих на лысых ротвейлеров — всё это в больших количествах было усеяно по полу.
Они катались на спине, потягивались, лениво взмахивали крыльями, ласкались, грызли чьи-то кости, кто-то поедал ещё живого собрата, а кто-то даже совокуплялся! Собака могла долбить крысу, а крыса кошку! И всё это происходило в ненормальной тишине! Лишь лёгкие шуршания тел перебивали монотонный гул техники.
И во всей этой вакханалии, на равном удалении друг от друга, имелись кучи из шевелящихся животных. В одной из этих куч я заметил вылезшую худую руку с длинными пальцами и когтями. Она схватила крысу и утащила её куда-то вглубь кучи.
«Мне кажется, или я стал свидетелем того, как образовываются гопники?» — подумал я, и в этот момент мой телефон странно запиликал.
Нервно достав его из разгрузки, активировал экран и офигел ещё раз. На языке содружества мне кто-то прислал сообщение:
Kashkan1773/5: Эй, ты! Ты там жив? Я видел, ты зашёл в энергостанцию!
Пока я по буквам расшифровал это сообщение, ещё и в словаре нашёл новое слово, прошло минут пять. Но я всё же ответил, в меру своих глубоких познаний письменности:
Amaii888: Ты кито? Званить моя. Я плоха писять!
Видно, мой ник от предыдущего владельца. И это была явно владелица. Ну да ладно, может, приманю таким образом себе нового друга. Буквально две минуты, и поступил входящий звонок от этого абонента.
— Ало, слушаю, — приложив телефон к уху, сказал я, автоматом сделав морду кирпичом.
— Что за «ало»? — удивился мужской голос с другой стороны трубки. — Объясни мне, кто ты, злонг возьми, такой?
Мой музыкальный слух уловил неплохой акцент. Это значило, что он явно не гражданин Содружества.
— Слушай, мужик, это ты мне звонишь. Это кто ты, мать твою, такой? — недовольно фыркнул я.
— При чём здесь моя мать? Я тот, кто гонял тебя по городу целый час, — вознегодовал он.
А я аж раскрыл рот от удивления, тут же его закрыл и возмущённо начал:
— Да ты вообще ох…ел, козлище⁈ Я в такую залупу влез из-за тебя! Ты хоть видел, что здесь происходит, мля⁈ Я из-за тебя ещё и фак потерял!.. — разорялся я, пока с другой стороны не началось удивлённое эканье.
— Слушай, уважаемый. Я не понимаю половины твоих слов, — перебил он меня. — Но если тебя это успокоит, то я извиняюсь за свою агрессию. До этого я не видел поющих и танцующих мертвецов.