Почему она не свернула к Днепру и не попила из него водички? Может сейчас ломануться туда? Дак ведь сквозь чашу не проедешь.
Вдоль диковатой грунтовки слева по зарослям провисали между бетонными столбами силовые кабели. Один столб выступил из чащобы, дорога раздвоилась, огибая его, а после соединилась, но уже шире. Чудеса!
Высохшую грязь и пыль исчертили протекторы сотен велосипедных шин. Потом была развилка. Две узкие дорожки, загибаясь, исчезали в зелени ясеней и низеньких акаций.
Ира остановилась, слезла с высокого седла и спустила ноги на землю. Вода в стельках кроссовок еще не высохла, а только стала теплой, температуры тела. Ехать дальше не хотелось. Да и чем катить с такой скоростью, лучше пешком идти.
Огляделась. По полоске деревьев справа и небесной пустоте за ними, Ира поняла, что там какая-то вода. Но туда не ведет никакая тропинка. Надо держаться дороги, она выведет к пляжу нудистов и проливу.
Мысли обрывались и уносились в сонный уют. Сколько она отмахала километров сегодня? Раньше поездка на один только Муромец, с ее родной Кинь-Грусти, представлялась большим, полным приключений путешествием. Утром, всё было мирно. Если бы вернуться назад в прошлое и поступить не так. Остаться дома. Что там сейчас делает мама? Не ломятся ли зомби в калитку забора? Наверное же ломятся. В разуме Иры поднялся безмолвный, непрестанный крик. Она схватилась за голову и закрыла глаза.
А Ира направляется в Гидропарк! Потому что больше некуда. Это как падаешь в пропасть. Но тут есть хоть цель — спасти из туалетного заточения Пантюхина. Как же перебраться через пролив на Гидропарк? Он вообще широкий или как? Ира не помнила. Она была давно на другой стороне, там где пляж на Гидропарке, и знала, что к пляжу нудистов на Труханов переправляют лодочники. Может осталась какая-то лодка? А если нет? Просто, вплавь? Утонешь. Утонешь.
Отупело уставилась вниз, мимо велосипедной рамы, на расходящиеся следы, постигая их древний узор, и тут жар прилил ко лбу. Как раньше не заметила?
Как? На нижней трубе рамы, в крепление всунута черная, похожая на термос, фляга. Ира потянулась к ней, освободила — судя по весу, заполнена больше чем наполовину. Спокойно открутила крышечку и, закрыв глаза, сделала маленький глоток. Второй. Третий. С третьего будто отступила жара и вернулись силы.
Выдудлила остальное почти до четверти и поняла, что несмотря на усталость, может ехать дальше. Как мало нужно для счастья. Вернула передачи в прежнее положение.
Иные мысли пришли — владелец фляги ходит сейчас мертвый. И его спутница, или спутник. Там ведь, около моста, лежало два велика.
Ира покатила правой дорожкой. Под колесами захрустели битые кирпичи — на кой черт их здесь разбросали? Акации по сторонам росли так плотно, что никакие зомби небось через них не пролезут. Оставалось просто двигаться вперед.
Вдруг. Открытое место, полянка, сюда ко грунтовке присоединялись еще две, поуже. Ира миновала полянку. Дорожка, петляя, совсем углубилась в чащу, ветви крышей листьев наклонялись над нею. Потом стало светлее, деревья немного расступились, пошли осины, молодые клёны.
Грунтовка вырулила прямо к воде и завилась по берегу, отмежеванная от него полоской хащей. Ира затормозила около махонького пляжика — так, подступа, в тени старой вербы. У кучи угольев валялись целлофановые пакеты, шприц, презервативы. Мелкие волны слабо лизали волнистый песок. Дно плавно уходило в буроватую тьму, откуда тянулись водоросли. Пахло ивовой корой и свежей водой.
Другой, далекий берег, был плоским как этот, и тоже в деревьях вперемежку с приземистыми строениями. Соизмеряя, сможет ли она переплыть туда, Ира напрягла память. Что там? Позади плоской земли высились холмы правого берега. Ага, так значит напротив — тоже Гидропарк, его часть, а вода перед Ирой это Матвеевский залив, участок старого рукава Днепра.
Ира заметила на песке около зданий продолговатые предметы, и нечто вроде выдающихся вперед мостиков было там у берегов. Оставшиеся еще с советских времен спортивные школы и гребные базы! Там есть лодки. А похожие на ангары и сараи постройки это эллинги, хранилища для разных суден. Ей надо было не отклоняться от развилки, где она попрощалась с Мариной, а немного продвинуться дальше и, не заезжая в центр Труханова острова, свернуть вдоль залива.