Выбрать главу

Павел Николаевич Корнев

Зомби не летают

© Андрей Яблоков, составитель, 2014

© Сергей Грушко, составитель, 2014

© Коллектив авторов, 2014

© ООО «Издательство АСТ», 2014

1

Жизнь человека – совокупность мелочей.

Биение сердца. Вдох – выдох. Шаг – другой.

И так уж заведено, что люди игнорируют подобные пустяковины до тех пор, пока их окончательно не припирает к стенке. А случается такое сплошь и рядом. Количество неминуемо переходит в качество, а теория вероятности и закон больших чисел – вещи по сути своей безжалостные.

Только дайте им шанс, и они вас раздавят.

Сигарета – такой пустяк! Но двадцать сигарет в сутки, триста пятьдесят шесть дней в году, пятнадцать лет, и – здравствуй, рак легких!

Пара-тройка чашек крепкого кофе на работе – вроде, ерунда, но лет через двадцать ваше сердечко начнёт постукивать как-то очень уж неровно.

Бутылка водки в неделю – для кого-то норма, для кого-то – мало, а цирроз печени уже рядом, он просто посматривает на часы и ждет своего часа.

Занимайтесь зарядкой, люди! Не пейте, не курите, бегайте по утрам! И когда в дверь постучится белый пушной зверек, это существенно увеличит ваши шансы на выживание. Ну или хотя бы купите ружьё и…

…и тут я упал.

Жадно хватанул ртом воздух, с трудом поднялся и двинулся дальше. Легкие рвала боль, по спине текли струи пота, лицо пылало огнем, колени не разгибались, а лямки тяжеленного рюкзака врезались в плечи. Второе дыхание и не думало открываться, но – черт возьми! – я заставил себя сделать следующий шаг. А потом ещё один. И ещё…

Ступенька – это ерунда. Одна ступенька не убьет вас, если только вы не споткнетесь об неё и не сломаете себе шею. Но это когда она одна.

Два пролета по девять ступенек каждый – уже более серьезное препятствие. Ломается лифт, человек поднимается по лестнице на второй этаж, и будьте уверены – если последние лет десять-пятнадцать он вместо зарядки продавливал своим задом диван перед телевизором, злоупотреблял алкоголем и выкуривал пачку сигарет в день, ему станет нехорошо.

Каких-то два пролета, жалких восемнадцать ступенек, – и, согласно медицинским исследованиям, риск инфаркта увеличивается вдвое!

…На миг остановившись, я навалился на перила, но сразу поборол малодушие и двинулся дальше.

Подняться на второй этаж – пустяки. Другое дело – со второго на двадцать пятый!

Двадцать три этажа, сорок шесть пролетов, четыреста четырнадцать ступеней.

Тот самый случай, когда количество переходит в качество.

Умотаться просто!

…Шумное дыхание Антона постепенно удалялось; я сглотнул вязкую слюну, собрал в кулак всю свою волю и поспешил следом. Подниматься на такую верхотуру – не самое простое дело на свете, а уж если на спину давит рюкзак весом в три пуда, шею оттягивает ремень АКСУ, и опираешься ты сразу на две двустволки, то и вовсе караул.

Когда я вывалился на крышу – именно вывалился! – и без сил распластался на бетонной плите, только и смог, что смахнуть с лица заливающий глаза едкий пот.

– Слабак! – рассмеялся Антон Чириков – для своих Штурман, – привалившийся спиной к ограждению и неторопливо попивавший из пластиковой бутылки.

Ему хорошо говорить: здоровый лосяра, да и гоняли их в военном училище…

Ну, в лётном, может, особо и не гоняли, но зарядку-то наверняка делать заставляли. Меня чаша сия миновала, вот теперь и отдуваюсь.

Я судорожно сглотнул и протянул руку.

– Дай!

Свояк закрутил пробку и катнул бутыль.

– Много не пей, – предупредил он только.

Я прополоскал рот, сделал пару глотков и, не без труда заставив себя оторваться от горлышка, вылил остатки воды на голову.

– Завтра ноги не разогну, – пожаловался потом.

– Спортом занимайся, в проруби купайся! – вместо сочувствия раздалось в ответ.

Не обратив внимания на издевку, я откашлялся и спросил:

– Слушай, Штурман, на хрена мы вообще сюда забрались?

– А разве непонятно? – удивился свояк и обвел рукой безоблачное небо. – Зомби не летают, ёпт!

Я перевалился на спину и вздохнул:

– А пониже остановиться не судьба? Обязательно на самую верхотуру тащиться? Дом не сдан, зомбаков много быть не должно.

– Тебе и одного мертвяка хватит, – резонно заметил Антон. – А здесь дверь запрем и все. Натуральный плацдарм! – Он поднялся на ноги и оглядел огромную, расходившуюся тремя лепестками крышу. – Дизель-генератор есть, инструмент есть. Баллоны, вон, газовые стоят. Да тут жить можно!

– Так-то да, – согласился я и перетащил свои вещи к рюкзаку свояка. – Только мы в любом случае здесь не задержимся.