***
В зале совещаний собрались все сотрудники группы.
– Начнем, пожалуй, – начал совещание руководитель, – служба слежения, вы – первые.
– После приземления самолета группа из шести человек на автомобиле прибыла в гостиницу «Хилтон». Тут нас ожидал сюрприз. Свои номера заняли девушки и юрист, а вот охрана из трех человек поселилась не в том номере, что мы ожидали. Они отказались от забронированного ранее номера и заняли номер семьи из Канады. Как оказалось, они его и заказали в другое время и другим образом. Получается, мы не знаем, что происходит в комнате охраны.
– Продолжайте.
– Далее почти никаких неожиданностей. Ужин в забронированном вип-зале. И на ночь все разошлись по номерам. Странность в том, что мы не имеем записи с ужина.
– Как так? Вы ведь знали о брони заранее. У вас было время подготовиться.
– Зашла служба охраны и удалила все наше оборудование.
– Подожди. Мы поставили, как нас убеждали, передовые и необнаруживаемые датчики.
– Я больше скажу, а лучше покажу. Включите запись, – обращаясь к компьютерщикам, сказал начальник службы, – посмотрите, – указывая рукой на видео, включившееся на большом экране. – Видите, как они быстро подходят и без средств определения просто удаляют спецсредства. Складывается впечатление, что они точно знали, что и где искать.
– Так, стоп. И о чем это говорит? – уже обращаясь к аналитикам, спросил руководитель.
– Информацию о местах расположения нигде не размещаем, так что ее просто взять негде, – стал объяснять аналитик. – Объяснений может быть два. Системы наблюдения устанавливаются в стандартных местах и, имея некоторый опыт, можно предположить их месторасположение. Или они специалисты высшего класса.
– Вот и мне интересно. Что у нас есть на этих специалистов?
– Группа из трех человек, – компьютерщик, не вставая, взял слово, – все они – бывшие спецназовцы из России. Работали в Афганистане, Йемене, Ливане. За главного Валдис Румянцев. Имеет правительственные награды. Имеет ранение. Черный пояс по тхэквондо. Кстати, он служил вместе с бывшим мужем главного специалиста «Безграничной помощи». Все стандартно для русского спецназа.
– И что тут из высшего класса? Майкл, а вы сделайте запрос нашим друзьям из этих стран на предмет, что у них есть на наших визави.
– Есть, сэр.
– Десять лет работы в горячих точках, – снова продолжал компьютерщик. – Множество спецопераций. Это и есть класс.
– Не убедил. Что еще у нас есть?
– Есть доклад от внешнего наблюдения за офисом во Вьетнаме. Ничего необычного не происходит. Денег потрачено, по-видимому, много. Стройка идет постоянно. Дрон, наблюдавший за островом, потерял управление и утонул. Внешней информации очень мало. Мы готовим второй, усиленный, вариант наблюдения.
– Ясно. А что у нас по финансам?
– Чуть больше трехсот миллионов долларов. Это невероятный прирост по этому виду деятельности за год. Больше о деньгах узнать ничего не удалось.
– Как не удалось? Мы что, не можем узнать о транзакциях по счетам?
– Это Вьетнам. Запрос о счетах не удовлетворят, зная наши взаимоотношения. И это даже по международным линиям. Ни по Интерполу, ни по линии рейтинговых агентств. Можно лишь только косвенно через нашу банковскую систему.
– Напомните мне, мы где живем? И до сих пор у нас нет информации? Они же должны были засветиться по работе с Европой и Азией. Да и вообще, все деньги мира идут под нашим контролем, и мы ничего не знаем?
– Так и есть. Только закупка медицинского и исследовательского оборудования. Продажа медицинских препаратов и уникальные медицинские операции. Вроде что-то на мозге. А также поступления от спонсоров.
– Вот оно. Подготовьте список всех спонсоров и подрядчиков с информацией по счетам.
– Есть.
– А личные счета? Движения по кредитным картам?
– Картами пользуются, но они оформлены на другие лица.
– А нам это как-то мешает?
– Проблема не в этом. Эти лица все время разные и при этом часто меняющиеся, ни разу не повторяющиеся.
– Это что-то новое. Я такого еще не слышал. Это сколько карт надо иметь?
– Очень много.
– Удивительно. А что по записям из ресторана при отеле?
– Записать разговор не удалось. Жучки были также удалены. Дистанционные устройства из-за шумов были бесполезны.
– Вот я начинаю понимать качественные моменты наших визави.
– Что-то мне подсказывает, что они нас еще больше удивят, – сказал Андрей.
– Это почему?
– Это русские.
– Это что еще за объяснение? Не убедил пока. Аналитики, ваш выход.
– Ситуация с невидимыми датчиками говорит о том, что нам стоит готовиться к еще большим сюрпризам в области слежки. Надо заменить все наше оборудование на более современное или не пользоваться им вообще. Я не до конца понял о финансах. У нас ничего нет об их счетах и движении по ним или эти данные есть, но мы не можем их вскрыть? У нас плохие специалисты?