Среди освобожденных нашлись даже несколько сталкеров, но трое человек проблемы не решали, как и тринадцать, если считать вместе с нами.
Короче дела обстояли хуже некуда.
Немного выручало то, что среди бывших смертников имелось четыре десятка мужчин способных держать в руках оружие, а ещё три женщины когда-то занимавшиеся биатлоном и пулевой стрельбой - они сами вызвались в охранение колонны.
Однако, отправляться в дорогу было ещё рано - один "сговорчивый" охранник сообщил нам, что на ферму движется колонна конвоирующая очередную группу смертников.
Естественно, что мы не могли закрыть на это глаза. Группу нужно было встретить, фашистов перебить, заключенных освободить и лишь после этого с боем прорываться через Зону.
Ополченцев вооружили, благо трофейного оружия на базе было огромное множество, на любой даже самый взыскательный вкус.
Мы не решились оголять Базу (слово "Ферма" все мы постарались стереть из нашего лексикона). Волевым решением решено было разделить каракуртов на две части: Одна часть осталась на Базе, организовав оборону; вторая - выдвинулась на выручку пленникам.
Стараясь быть хоть немного полезным, я сам напросился в группу освобождения. На экстренном военном совете решено было снабдить меня крупнокалиберным пулеметом, для того чтобы создать хороший огневой заслон. Остальные будут прицельно отстреливать фашистов.
Вот такой у нас был план.
***
Выдвигаться решили без заминок - время не ждало. Колонна, возможно, была уже не так далеко от Базы, и время на подготовку атаки могло почти не остался. Гораздо хуже будет если мы с ними столкнемся в пути лицом к лицу. Вот тогда-то жертв среди гражданского населения будет значительно больше. Обратили внимание на то, что я не сказал "удастся избежать" ? Я реалист и понимаю, что жертвы неизбежны. Даже если мы будем работать чисто, рухнувший "танк" способен раздавить своим огромным весом двух-трех человек. Но мы вынуждены взять на себя этот грех - по другому, увы, никак.
***
Мы успели вовремя. Противник еще не появился в стратегически выгодной точке.
Место было выбрано с умом, позволяя обойтись минимальными потерями с нашей стороны и пробным и окончательным разгромом сил противника.
Каракурты распределились по сторонам, один затаился в тылу, а я спрятался за обломком сгоревшей в аномалии сосны.
Наш отряд замер ожидая колонну. Нас не должны были заметить раньше времени. Как я уже говорил, подобный исход не сулил конвоируемым ничего хорошего.
***
Ждать пришлось недолго - колонна появилась в пределах видимости минут через пятнадцать. Я не высовываясь из-за укрытия, наблюдал за приближением фермеров и пленных через небольшое зеркальце, входящее в комплект костюма каракурта, с затемненным покрытием, для того чтобы избежать случайного бликования, которое может в самый неподходящий момент выдать местоположение засады.
Через небольшое "окошечко" зеркала, я терпеливо разглядывал колонну: Конвоируемых пленников было человек двадцать пять, не меньше, а националистов, десять человек - двое спереди колонны, по трое с каждой стороны от нее, и еще двое замыкающих.
Охранники держались вальяжно, ибо они, как хищники не имеющие в дикой природе равных, ничего не боялись. А вот пленники , связанные между собой какой-то хитрой упряжью, исключающей, как индивидуальный, так и массовый побег, напротив, были напуганы, подавлены и сломлены, понимая, что впереди из наверняка ждет что-то ужасное. И они были бы правы на все сто процентов, если бы в дело не вмешались мы.
Расстановка сил была ясна, примерный план действий уже вырисовывался в сознании, осталось лишь дождаться условного-отвлекающего сигнала - тогда то все и случиться. Я крепко взял в руки пулемет. Как только грянет взрыв свето-шумового заряда, прикопанного в полотно дороги, я ускорюсь и вылечу из своего укрытия.
Весь наш расчет строился на том, что пленники при звуках стрельбы упадут на землю, их охранники, облаченный в тяжелые экзо скелеты, подобной способностью, на наше счастье, не обладают. Вот тут-то мы и выдадим им причитающееся сполна.
***
Колонна подходила к контрольной точке, приметному клочку дороги с сухой узловатой ветвью на обочине.
Я плотно закрыл глаза, ожидая хлопка и начал медленно считать про себя:
Один.
Два.
Три.
Четы...
Где-то вдалеке со стороны Базы, раздалась очередь. Расслабившиеся было фермеры встрепенулись, во все глаза смотря туда где слышались выстрелы.
Я и сам от неожиданности едва не начал атаку до того как сработает светошумовая.
Что там произошло на Базе?
Кто и в кого стреляет?
А через мгновение мне уже было не до этих вопросов.
Сработала наша отвлекающая закладка.
Взрыв был ярким, ощутимым даже чрез сомкнутые веки.
Я тут же нажал на клавишу инъектора, ускоряя нейроны, и из-за своего укрытия вылетел уже в "разогнанном" состоянии.
Поскольку я находился с правой стороны от колонны, то и решил начать атаку оттуда же.
Ручной пулемёт ожил в моих руках. Выстрелы не слились в сплошной гул, как если бы я стрелял в обычном для любого нормального человека состоянии. Ускоренное нейронов позволяло мне ощущать отсечку после каждого выстрела, следовательно, точность стрельбы была гораздо выше, давая возможность пустить почти каждую разрывную пулю в причитающуюся ей цель.
Первые две пули ушли на пристреливание (конечно, если считать пристреливантем оторванную руку и развороченное плечо), зато все следующие достигли врага, нанося смертельные попадания.
Я старался бить лишь в головы, для того чтобы минимизировать попадание в мирное население, которое, едва началась стрельба, тут же в ужасе рухнуло на землю. Хотя бы здесь наш, шитый белыми нитками, план сработал. Нацисты остались без прикрытия щитом живой силы и теперь стояли ввосьмером ( двоих я уже прибрал), как на ладони. Как только попадание под дружеский огонь конвоируемых свелось к минимуму, я тут же широким огневым веером полоснул по охранниками, свалив некоторых с ног, а некоторых отправив в ад под бочок к их идейному нацистскому лидеру Степану Бандере.
Каракурты тоже не дремали - еще до того как я перевел ствол на передний фланг, уже половина оставшихся конвоиров перестала существовать.
В себя пришли и нацмены, но я уже смещался с предполагаемой огневой линии и контратакуя.
Бронебойные патроны творили чудеса, вскрывая бронь экзо скелетов как нож консервные банки.
Выпустив короткую очередь я все-таки вынужден был искать укрытия - огонь противника, который я единолично перетягивал на себя, был слишком плотным.
Однако, пока я крутился как юла, стрельба смолкла - каракурты уже расправились с группой конвоирования.
Вся операция по ликвидации живой силы противника заняла по времени всего три с небольшим секунды.
А затем воцарилась тишина.
Плененные гражданские замерев, зажав расширившиеся от ужаса глаза, пытаясь закрыть голову рукам, лежали на влажной земле и ожидали неминуемой смерти.
- Не бойтесь, люди! - громко крикнул я, - Все закончилось! Теперь никто не причинит вреда! Не бойтесь нас - мы русские!
- Русские, русские....- послышалась несмелая разноголосица, которая с каждой новой секундой набирала силу, уверенность, надежду и веру в то, что все будет хорошо, - РУССКИЕ!!!
***
Когда ажиотаж спасения немного поутих, мы объяснили освобождённым о том, что нам необходимо объединиться с основной группой и как можно быстрее выдвигаться из Зоны.
У меня всё никак не могла выйти из головы та очередь, которая прозвучала сразу перед началом освободительной операции.
Хотя казалось бы Зона - это место само по себе неспокойное и стрельба здесь вполне обычное дело. Может отгоняли подальше озверевших тварей? Да мало ли что могло произойти. И всё же, что-то здесь не давало мне покоя.