-Лично мне повезло - я абсолютно не вижу снов. А вот ты, если, конечно выживешь, наверняка будешь видеть этот бой в своих снах не раз и не два.
Паренек смутился, сделался ниже и скрылся за спинами других.
Подняв свою порцию виски я был первым кто осушил свой стакан. Вслед за мной потянулись остальные. Несколько человек явно сомневались, но в итоге все же морщась опрокинули виски в горло.
Еще несколько человек твердо стояли на одном месте, четко решив для себя, что смогут обойтись без спиртного.
Вот так мы и настраивались на предстоящую битву.
***
Многие люди так и останутся для меня безымянными тенями растворившимися, кто через день или неделю, а кто-то уже через минуту. Но кое-кого из нашего ополчения я запомнил поименно.
Одной из таких фигур, которая не затерялась, выветрилась из памяти был чеченец (а это и в правду оказался чеченец) Бакарбек. Но это этническое имя было слишком сложным для моего славянского восприятия и запоминания, и поэтому лично для себя я заменил его на историко-географическое название, которое вряд ли забуду, а именно Баальбек. Девушка, та самая из троих, которая когда-то кого-то убила - Лия. Рецидивист носил кличку Матрос. Ни своего настоящего имени, ни фамилии он, конечно же, не назвал, но не думаю, что фамилия его Матросов, или он служил на флоте. Обычно на зоне матросами называют тех, кто носит полосатую робу заключенного, и чаще всего это бывают осужденные, приговорённые к высшей мере наказания.
А ещё были Саня танкист и Леха десантура. Или наоборот? Не помню точно. Ну, да это и не столь важно. Главное, что эти двое были неразделимы один от другого - обстоятельства крепко сдружили этих ребят, так что они везде изъявляли желание быть рядом. Печём к плечу они решили стоять и на защите Базы.
Остальные же, уж извините меня за невнимательность, или пренебрежение, как хотите так это и называйте, были для меня безликой серой массой.
Если вы думаете, что в моей ситуации смогли бы запомнить каждого, то в следующий раз оказавшись в новом большом коллективе проследите за своими ощущениями восприятия. Кого вы запомните в первую очередь? Яркие личности, чем-то выделяющиеся из общей массы, или непримечательные и незаметные?
А если ещё учесть, что видеться и общаться с коллективом мне приходилось крайне редко, и при этом весьма непродолжительное время, то запомнить даже этих нескольких человек по именам и кличками для меня уже было достижением.
***
Об этом жестоком человеке, маниакальным в своей настойчивости, не особо разбирающимся в выборе средств ради достижения поставленной задачи (подкуп, вымогательство, ложь и просто убийство), ходили кошмарные легенды, в том числе и о том, что в его историческом походе к центру Чернобыльской Зоны, где благодаря его стараниям, погибло несколько сотен человек из разных группировок, и просто одиночек.
С тех пор его положение в иерархии теневых правителей Зоны упрочилось, и теперь, даже не смотря на то, что Дегтяренко так и остался в звании майора СБУ, здесь он обладал огромным влиянием, о котором даже не снилось президенту Украины (человеку, который по сути своей был лишь ширмой, за которой стояли настоящие владыки Украины - от местного олигархического бомонда, до забугорных кукловодов).
Он вовсе не был ни любимчиком Зоны, ни ключом Зоны, ни ещё кем бы то ни было из тех, кто считался существом порождённым или вошедшим с Ней в симбиоз. Он просто был живой аномалией, нарушающей любую статистику, нормальный порядок жизни, не принадлежащей ни к нашему миру, ни тому из которого появилась Зона.
Презрев здравый смысл, законы физики и самого мироздания, майор проходил сквозь любые преграды, но не как раскаленный нож сквозь масло. Нет. Он рвал собой пространство и реальность, оставляя после себя немыслимые разрушения и огромное количество жертв.
Был ли он таким всегда, или сама Зона запустила механизм активации того безумного, страшного существ, что столько лет таилось в самых мрачных глубинах подсознания, неизвестно. Ясно лишь одно - человек, (а человек ли ?), который покинул Зону после своего легендарного похода к Её центру, больше не был тем живым, весёлым молодым мужчиной, каким был до того как в Неё отправился.
Конечно, мировая пресса и несколько весьма популярных компьютерных шутеров, где он вступал главным героем, представили его мировой общественности как положительного героя, борца за справедливость, неистово преданного своему народу и Украине. Реальное же положение дел выглядело, мягко говоря, совершенно не так.
Да, уж - масс-медиа творит истинные чудеса создавая настоящего героя, достойного подражания, с легионом фанатов и почитателей из безумца, психопата и просто маньяка.
Настойчивый звонок застал его в тот момент, когда он, как он сам это называл "развлекался" с очередным "мясом". Если бы не этот "досадный" перерыв, то Дегтяренко, давно забывший о том, что такое чувство меры, забил бы, что уже было ни единожды, девчонку и без того превращённую его ударами в кровоточащий бесформенный ком плоти.
Хрип и поскуливая, девушка, в поисках хоть какой-либо защиты попыталась забраться под койку и в ужасе замерла там.
- Саша, мне очень нужно с тобой, - поговорить, - раздался в трубке голос, весьма знакомый, и вместе с тем встревоженный, чего Дегтяренко не наблюдал за Доктором за все те годы, что имел с ним дело. Причём ситуации в которых им доводилось побывать были весьма далеки от рутинных и большинство обывателей наверняка наложило бы в штаны при тех же условиях, а у Доктора при этом даже голос не дрогнул. И вот теперь это волнение...
- Я внимательно слушаю тебя, Док.
- Какие-то отморозки напали на Лабораторию.
- Что за люди? - Дегтяренко с интересом разглядывал каплю чужой крови, случайно упавшей ему на грудь, и теперь медленно стекавшей по его коже вниз.
- Я точно не знаю, но похоже, что русские. Если бы наши или американцы, то я бы давно уже об этом зал и никогда бы не допустил подобного безобразия. Но чёртовы русские...
- Что-то уже предпринимается? - Майор остановил пальцем капельку крови, подержал её на пальце, а затем облизал с него солоноватую густую жидкость. Лицо его исказил оскал, в котором не сразу можно было распознать улыбку, страшную, до мороза по коже, и столь же холодную.
- Конечно же! Я отправил туда группу зачистки. Меня уверяли, что это лучшие, но я ни на ломаный цент им не доверяю. Сашенька, мне срочно необходима твоё присутствие в зоне конфликта - только так я смог быть уверенным в том, что все будет происходить так как мне это нужно.
Доктор и Дегтяренко были давними знакомцами. Более того, как бы невероятно это не звучало, если учесть, что у таких людей, как они, просто не может быть друзей в принципе, эти двое были настоящими друзьями. Если кличка доктора, даже среди его же людей была Доктор Геббельс, Доктор Смерть, или Безумный Доктор, то Дегтяренко за его беспрецедентную бесчеловечность и неповторимую жестокость за глаза называли Штурмбанфюрер. Возможно, что именно их склад ума роднил их. Нет, они вовсе не считали себя злодеями, маньяками или массовыми убийцами - просто для них на этой земле существовали только они сами, ну, и прочая грязь.
- Я прекрасно тебя понимаю, Док, и, как никто другой, разделяю твои опасения, - согласился майор, - а ещё, я всегда рад тебе помочь.
- Вертолёт с минуты на минуту должен будет приземлиться на крышу твоего особняка, - с готовностью произнёс Доктор, словно весь этот разговор был только лишь небольшой формальностью - друг и так безусловно пришёл бы к нему на помощь.
- Да, дружище - если вертолёт прилетит слишком рано, пусть пилоты не волнуются. Я совсем скоро поднимусь на борт. А пока у меня здесь есть одно недоделанное дельце.
Сказав последнее Дегтяренко оборвал связь и бросив мобильник на прикроватную тумбу, начал обходить смятую окровавленную пастель.
- Детка, ты что же думала, папочка про тебя забыл? Ну, как же невежливо это было бы с его стороны! - улыбаясь произнёс он, а затем, ухватив девушку за выглядывающую из под кровати ступню, выволок её наружу.