Впрочем, это было вполне закономерно…
Сейчас будет несколько расплывчатых, но, как мне кажется, точных гипотез. Некромант и Сердюк привели ребёнка с единственной целью использовать в качестве жертвы для своего ритуала. Где они её взяли? Похитили из знатной семьи? Вряд ли. Девочка была одета в тряпье, — она была нищей, может быть даже бездомной. Может она вообще была рабыней, которую они купили на ближайшем рынке — у меня всё ещё были довольно смутные представления о том, как устроен мир на поверхности. В таком случае жизнь ребёнка там, наверху, была ничуть не лучше, чем здесь, в мрачном подземелье. Более того, простым людям с их простой жестокостью девочка предпочла пару мертвецов, которые проявили к ней пускай мимолётную, но доброту.
Император, кажется, тоже это понимал, и потому замялся.
Что нам теперь делать?
Оставить её здесь, среди промёрзлых сводов, в компании двух скелетов и оравы плотоядных монстров? Не самые лучшие условия, чтобы воспитывать ребёнка. Чем её кормить? Ящерицами? Они вообще съедобны?
Нет, так нельзя… Но какие ещё у нас были варианты?
Я посмотрел на малютку. Она повесила голову, видимо понимая, что делает что-то неправильное. Мои пальцы задумчиво потянули за ремешок сумки, висевшей у меня на плече… Стоп, точно!
Я схватился за сумку, приподнял, обращая к золотистому сиянию барьера, и прочитал надпись:
«В случае находки, пожалуйста, верните Марии Фальц, первый факультет волшебной Академии Лапласа! Будет компенсация!!!»
Почему бы и нет…
Мария была доброй, ответственной девушкой. Она всё поймёт и уж точно не останется в долгу. Я опустился на колени, осторожно похлопал девочку по её мохнатой макушке и, когда она робко приподняла на меня свои глазки, — показал на сумку и надпись. Затем я повесил её на плечо ребёнку, подумал, вырвал из книги листок, схватил черную косточку и нарисовал черепушку.
Намёк более чем очевидный.
В глазах девочки мелькнул блеск. Она была смышлёной и догадалась, что я делаю. Тем не менее её личико всё ещё оставалось неуверенным. Тогда я взял её за плечи и медленно кивнул. Таким образом мне хотелось сказать ей, что всё будет хорошо… Не знаю, сработало у меня или нет, но, немного помявшись, девочка тоже кивнула — сперва слабо; затем — сильнее и с чувством. Наконец она повернулась, сделала глубокий вдох и стала подниматься по лестнице.
На мгновение я заволновался, что она может не найти академию, но затем мне вспомнился разговор Марина и Марии. Согласно регламенту, все входы в подземелье обязательно охранялись и проверялись гильдией авантюристов. Наверняка троица доложила об этом месте, когда выбралась на поверхность, а значит девочку встретит стража…
Вот и всё. Я проводил ребёнка взглядом до тех пор, пока она не растворилась в конусе яркого света.
Хорошее дело сделано. Где полочка, где пирожок?..
Я усмехнулся — в душе — и переключил внимание на императора. Последний неподвижно стоял на месте; чёрные огоньки его глазниц казались задумчивыми.
Вдруг скелет посмотрел на меня и вытянул руку. Я было хотел отпрянуть, но что-то, видимо понимание, что он не желает мне зла, меня удержало.
Острый белый палец коснулся моего лба, и земля ушла у меня из-под ног.
Всё вокруг наводнила ослепительная синева…
Что происходит?
И где я?
— В моём сознании, — ответил на мои мысли сладкий, эфемерный, похожий на арфу голос.
Я опешил.
В голубом сиянии передо мной проявилась девушка, облачённая в белую робу. Её личико казалось изящным и утончённым, и в то же время мягким, как у ребёнка. Её длинные прямые волосы были цвета сизого тумана по весне; через них торчали заострённые ушки.
Причём это было не единственное, что отличало её на фоне обычного человека. Было в её образе ещё что-то необычное, что-то от рыбки; она была ровно настолько человеком, чтобы её можно было назвать по-человечески прекрасной, и в то же время её красота обладала налётом лёгкой странности.
Глаза девушки были серые и полупрозрачные. Голубоватый свет переливался на корочке её зрачка, как на тонком хрусталике. Она посмотрела на меня и раскрыла губы:
— Я не могу говорить долго, ибо этот метод общения отнимает много моих сил… У меня есть к тебе предложение, порождение смерти, — её голос был размеренным и в то же время мелодичным, как будто кто-то пытался передать сообщение азбукой морза, используя для этого музыкальный треугольник.
«Предложение?» — подумал я и сразу услышал ответ:
— Мне нужна твоя помощь…
Я есмь первая принцесса Священной Династии Двуглавой Розы. Многие годы я пребывала в блаженстве вечного дрёма, находясь в объятиях моей богини, пока эти богохульники не вырвали меня назад, на бренную землю, и не заключили в эту омерзительную оболочку… — в её голосе засквозило отвращение. — Я желаю вернуться назад, за великий предел, имя которому смерть, но для этого мне нужно разорвать чёрное колдовство, которое привязало меня к бренному миру.