Лена помотала под одеялом головой.
– Тогда с чего бы ей меня убивать?
Лена выглянула из-под одеяла. Олег-отчим повторил свой вопрос.
– Я не понимаю, – прошептала Лена. И вдруг увидела…
…На велосипеде с тусклой фарой мать Лены ехала по темной дороге, пока не заметила огни стоп-сигналов в степи. Свернула с дороги. Остановилась возле УАЗика отчима. Прислушалась и поехала дальше в темноту.
Остановилась у края могильника. Отчим стонал на дне. Мать Лены вернулась к машине, села, завела, с включенными фарами подъехала к яме. У самого кря открыла дверь и выпрыгнула – упала, запнувшись.
Свет от фар падающей в яму машины осветил удивленное лицо отчима Лены…
Когда мать с вывихнутой ногой еле-еле добралась до дома, Лены уже не было. Плакал Мишка, про Лену ничего толком сказать не мог, и мать его выпорола, вымещая всю накопившуюся злобу.
А назавтра явился Темиров и требовал от матери Лены правды.
– Что это еще за несчастный случай такой, когда мужик лежит на дне ямы на спине, а две тонны сверху расплющили ему грудину бампером? А наверху повсюду следы от велосипеда твоей дочери. Где она, кстати?
– Нигде. Хватит расспросов, Темирчик. Надо тебе забрать кого-то – бери меня. Только о Мишке позаботься.
Темиров, подумав, выдвинул официальную версию о разборке конкурентов в среде черных копателей и благополучно дело развалил…
– Почему она это сделала? – чуть не плача, спросила Лена у Олега-отчима.
– Я передумал. Теперь я думаю, что это всё-таки сделала ты. Ты во всём виновата, а старуха просто взбесилась.
Лена села, прижала коленки к груди, лицо спрятала.
– Что мне теперь делать? – едва можно было расслышать.
– Пойти, найти того мента и сознаться. Меня это устроит. Ну? Что ты ему скажешь?
Симметрично на кровати за стенкой сидел Мишка и слушал, как разговаривает во сне сестра:
– Семь лет назад я убила своего отчима…
Полное имя произнесла, подробности, пока не вспыхнул в комнате свет, осветив сидящую на кровати Лену, перепуганного Олега, зачем-то открывающего форточку и самого Мишку, стоящего у выключателя. Растерянного и в слезах, будто от плохого и страшного сна. Появился в дверях и Денис:
– Что случилось?
– Пусть она уйдёт из моего дома.
Денис с Олегом ни черта не понимали, но вышли из комнаты, когда Лена попросила дать ей возможность одеться.
Олег с Денисом за закрывшейся дверью тут же стали пытать Мишку о случившемся. А Мишка только весь трясся, стучал зубами, как от холода тогда в степи.
Лена откинула одеяло – одеваться не нужно было, она и не раздевалась. Выбралась через окно, обошла дом, вышла за калитку…
Мерген, Дрянихин и Кондрат Чуданов сидели неподалеку в машине с погашенными фарами.
– Откуда ты знал, что она выйдет? – спросил Мерген у Кондрата.
– Это не я – дух знал. Чего расселся?
Глаза Кондрата были сейчас закрыты, но все знали, кому был адресован вопрос. Дрянихин вышел из машины. Кондрат по-прежнему будто спал, а Мерген смотрел через лобовое стекло, как Дрянихин пошел Лене навстречу. Что-то сказал, но Лена от него отмахнулась, продолжая путь. Дрянихин догнал её и сзади обнял, прижав к лицу платок. Лена завертелась в крепких объятьях. Мерген в машине со страху прижал к своему рту распахнутую ладонь и так придавил, что казалось, сам сейчас потеряет сознание вместе с Леной…
Олег постучался, не дождался ответа и заглянул в комнату. Лены не было. От сквозняка взлетела к потолку шторка над распахнутым окном.
Олег с Денисом выбежали за калитку. Неподалёку стоял неразличимый во тьме автомобиль, горящий в салоне свет освещал мужчину, загружавшего в машину бесчувственное тело Лены. Похититель тоже залез в машину, дверь захлопнулась, свет внутри погас, но через мгновение свет от фар ослепил Олега и Дениса. Машина резко развернулась и уехала. Олег побежал, крича, но что было толку?
Ехали по степи два пьяных алтайца на одной лошади, искали туристов, с которых можно стрясти деньги или сразу водку. Заметили большую палатку, которая светилась изнутри, как китайский фонарик. Подъехали, спешились, заглянули внутрь.
В центре стояли два раскладных стула. На одном сидел худой парень с голым плечом. На плече слегка смазанный рисунок. На другом стуле, позади парня, сидела связанная девушка, судя по всему, без сознания и тоже с голым плечом. На которое хипстерского вида татуированный бородач копировал рисунок с плеча худого. В углу палатки на земле сидел мужик и вроде как дремал. Алтайцы, которых вдруг охватил беспричинный ужас, попятились, полезли на лошадь – скорей бы ноги унести…
В палатке подскочил Дрянихин: