– Лучшая музыка – это тишина.
– Ах, да, я тоже рад, что здесь тихо.
– А ты милый, – сказала Катья и села напротив. Подперев щеку правой рукой, она с улыбкой принялась разглядывать его. Дима потупился.
И зачем она здесь появилась, – с раздражением подумал он. Видя, что она вроде начинать беседу не собирается, он открыл рот и приступил:
– Пасмурно сегодня, да?
Она молча улыбнулась.
– Холодает, верно зима скоро наступит, – помолчав полминуты, продолжил он.
– И что?
– Да так… Ничего…
Дима почувствовал, что беседа не клеится и явно по её вине. Пока он напряжённо думал, что ещё можно сказать, она по-прежнему с полуулыбкой смотрела на него. Он с удивлением отметил, что она кажется ему симпатичной. Появился официант и положил перед Катьей меню. Это был повод для продолжения разговора и Дима поспешил спросить:
– Ты чего хочешь?
– А ты? – подмигнула она.
– Кофе, чай, коктейль?
– Ну, если ты больше ничего не можешь мне предложить, то давай чай.
Такое её поведение сильно смутило сего, но он тотчас собрался и решительно взял её за руку, которую она держала на столе. Рука была тёплой и влажной – почему-то почти всегда они тёплые и влажные, – подумал он, – эти женские руки, а если сухие и холодные, то, значит, не стоило и брать, женщина бессердечная. Катья не стала сопротивляться и Дима мигом успокоился, почувствовав себя хозяином положения. Он ещё давно подметил, что если контакт с женщиной не налаживается, разговор не клеится, вместе скучно или неловко, то надо поспешно вступить с ней в телесный контакт, и тогда сразу исчезнет дискомфорт.
– Как Ярик? – спросил Дима. – Как у него дела?
– Не имею понятия. Нормально вроде.
– Вы поссорились?
– С чего ты взял? Просто я не слежу за ним. У меня своя жизнь, у него своя.
Допив чай, они вышли на улицу, и Катья предложила посидеть у неё в машине. Просто так сидеть в машине казалось странно и неловко, и они решили съездить в кино, посмотреть какой-нибудь фильм. Пока она выруливала по пробкам, Дима слушал музыку и любовался видом из лобового стекла – как дворники размазывали по нему красные огни ползущих впереди машин. Ему было хорошо, если не считать лёгкого беспокойства – страха перед Яриком.
Вскоре они подъехали к кинотеатру – большому старинному зданию с колоннами. Внутри помещение казалось ещё просторнее, чем снаружи – гигантский холл без межэтажных перекрытий, с фонтаном, водопадом, тропическими растениями, несколькими кафе, девятью кинозалами, витыми лестницами и шаткими мостами, качающимися под сводами. В листве экзотических деревьев щебетали невидимые птицы, иногда по воздуху быстро проносился кто-то маленький, хлопая крылышками. Посетителей было ещё не слишком много по причине раннего времени.
Дима взял билеты на ближайший сеанс – какой-то новый триллер. В кинозале было почти пусто. Как обычно, сеанс начался с двадцатиминутной рекламы. Сперва показывали анонсы других фильмов. Первый ролик представлял отечественный продукт «Весёлая стройка космодрома «Плятск». Два полных лица в машинном масле, со странными ухмылками и нарочито кривляясь, вели какой-то диалог на фоне космодрома. Параллельно их диалогу звучала песня про русские берёзки и дружбу настоящих ребят. Диму как всегда удивило, что для отечественных комедий последнего времени выбираются предельно идиотские названия, а актёры в них играют так, словно прошли школу комедий древнего китайского классика Джеки Чана. То есть, кривляются изо всех сил, видимо для того, чтобы даже самому тупому зрителю стало понятно, что перед ним комедия, а не серьёзный фильм. Далее следовала череда рекламных роликов иностранных блокбастеров. Хороши ли были в целом рекламируемые фильмы или плохи, догадаться Дима не мог, потому что в рекламе использовали самые удачные, яркие эпизоды. В завершение показали ещё один ролик отечественного кино – под названием «Комбербабль». Это, судя по рекламе, была эпическая история о героизме, любви и самопожертвовании во имя родины. Главный герой (известный молодой актёр) на протяжении всего ролика стоял в генеральском мундире на каком-то странном сооружении, обдуваемый солнечным ветром и озаряемый вспышками сверхновых, вытянувшись во весь рост и гордо глядя куда-то вдаль. Дима слышал уже от знакомых, что он не меняет позу и это выражение лица в течение всего фильма, хотя присутствует в кадре девяносто процентов времени. Его возлюбленная, пожертвовавшая честью и всем остальным ради любви к нему, напротив, весь фильм улыбается, даже в самых драматических эпизодах. Говаривали, будто эта улыбка – её актёрская изюминка и режиссёр решил использовать её как беспроигрышный ход. Далее следовал рекламный блок различных товаров. Дима терпеливо выслушал рассказ о кофе, прокладках, машинах, и ещё о чём-то. Интересно, что эффект от всех этих товаров, если верить рекламе, был такой, как будто они содержали сильнодействующие наркотики. Выпил колы – сразу начались галлюцинации и эйфория, почистил зубы – хорошо, как будто в рай попал, купила новые прокладки – вштырило так, что улыбка с лица не сходит, в глазах радуга и все цветы на планете расцвели. Дима слышал, что реклама с самого своего возникновения, с первых примитивных плакатов, тяготела к сильным преувеличениям. Правда, он понять не мог, почему для этих преувеличений неизменно выбираются образы наркотического опьянения.