О том, чтобы идти с утра на работу не могло быть и речи. Тем более Дима накануне договорился с Василием о походе в баню. Пока Аня, счастливая и улыбчивая, готовила завтрак, он переписывался с братом, уточняя время встречи. Было решено прийти в баню в полдень. За завтраком Аня предложила ему приезжать в гости, когда ему вздумается, он поблагодарил её за это предложение, пообещав, что обязательно им воспользуется.
Выйдя на улицу, он сразу понял, что до метро нужно добираться как можно быстрее. За ночь температура опустилась до минус двадцати. Таких сильных и внезапных перемен погоды на его памяти ещё не было. Хотя в последнее столетие климат Земли регулярно удивлял. То вдруг плюс тридцать среди зимы, то наводнение в пустыне, то засуха в Антарктике…
Мимо него пробегали синие прохожие на отмороженных ногах, казалось, они должны вот-вот разбиться на ледяные куски. Особенно страшно выглядели девушки – в коротких юбках, прозрачных колготках, курточках до пояса и с непокрытой головой. Злой старик в огромном ватнике остановил одну такую и заорал:
– Ты что, дура, посмотри на себя, оделась как блядь, а как же дети?
– От тебя что ли? – грубо ответила девушка и поскакала на шпильках дальше по льду.
В баню он приехал совершенно лиловый, с закоченевшими конечностями и застывшими челюстями. В этот час, между двенадцатью и двумя, баня обычно пустела – те, кто любил утренний пар, уже собирались и уходили, а время тех, кто предпочитал париться днём, ещё не пришло. Дима эти два часа покоя, безмолвия и одиночества любил в бане больше всего. Из кабинок не доносятся матерные пьяные крики и грубый смех, соседей почти нет, в парилке никого.
Василий уже был в халате и мокрый после душа. Они поздоровались и Дима стал раздеваться.
– Со мной тут забавный случай приключился на работе, – сказал он как бы между делом. – Это не ты случайно пошутил?
– А что такое?
Дима вытащил из кармана джинсов вчерашнюю записку и молча протянул её брату:
– Никому, кроме тебя, я не рассказывал обо всем этом. Про букет, про мои галлюцинации с похищением девушки в Банке реинкарнаций.
– Нет, – ответил Василий, дочитав письмо. – Это не я.
Дима внимательно посмотрел на него, сомневаясь, правду ли он говорит или нет. Видимо, брат не обманывал.
– И что мне теперь думать? – спросил Дима, устало усевшись на диван. – Эта история а Банке была на самом деле и девушка существует?
– Ну а почему бы тебе так не думать? Это же лучше, чем считать, что у тебя наяву галлюцинации. Так ты хотя бы уверен, что видишь своими глазами то, что существует на самом деле.
– А дальше что? Допустим она существует и это она прислала мне письмо… Что я должен с этим делать?
– Откуда мне знать? Делай то, что хочешь.
Да-да, – подумал Дима, – всё верно, только вот совершенно непонятно, чего я хочу. Во всяком случае точно не хочу проблем и сложностей. Единственный внятный выход из сложившейся ситуации – это ничего не делать и постараться выбросить все из головы. Тем более, непонятно, что он мог теперь сделать, если бы и захотел. В Банке никто ничего не видел, информация о его прошлой жизни закрыта, все пути отрезаны… Да и Велемир Адроныч не советовал в Банк соваться…
– Кстати, я тут разузнал про массаж, – вдруг сказал Василий. – Чудесная девушка делает, профессионалка. Очень рекомендую. Голова мигом просветлеет, развеешься.
Мысль показалась Диме привлекательной. В самом деле, хотелось расслабиться и забыться. Сходив в парилку, он охладился под душем и направился в массажный кабинет.
Перед тем как войти, он постучал в дверь. Он опасался, что внутри уже есть клиент, которому делают массаж, и тот очевидно будет смущён, если кто-то внезапно появится. Тем более, он не знал, какого рода массажи бывают в этой бане – кто знает, может, классический, а может, эротический. «Да-да, входите», – раздался женский голос.
Дима зашёл в полутёмную комнату, другого клиента, к счастью, не было. Маленькая массажистка в белом халатике предупредительно отвернулась и принялась что-то перебирать на столике:
– Ложитесь.
Дима сбросил халат на стул, немного стесняясь того обстоятельства, что сейчас окажется совершенно голым перед незнакомой женщиной, и торопливо лёг животом на массажное ложе.