-Ну, будем знакомы. Я Николай, а это вот Геннадий.
-Олег, - ответил я. -А про какой танк ты говорил?
-А... танк! Ну это за которым мы гоняемся еще с вечера... Точнее гонялись...
-Мы его на Московском проспекте подловили! Он за какой-то тачкой погнался, мы его тут и подорвали...
-Со второго раза только сволочь вспыхнул! - подтвердил Николай.
-А почему вы за ним гонялись?
-Да как же еще... они же сволочи, как появились вчера вечером, стали по сторонам палить! Естественно, их подорвать приказали!
-А кто там вообще был? Кому в голову пришло по народу стрелять?
-Ты чего полегче спроси!.. А птички эти откуда взялись?... - Николай закурил вторую. Его примеру последовал Геннадий.
Итак, картина начинала проясняться. Танком, скорее всего, управляли какие-то психи. Микроавтобусом на шоссе очевидно тоже. Впрочем, это лишь догадки.
Солдаты выкурили еще пару папирос, прежде чем снизу раздался крик:
-Мужики, вылазь, кто живой!
-Уцелел, собака... - не выдержал Геннадий.
-Старшина, он как прапор, только хуже, - отшутился Николай. -Пошли, а то достанет потом...
-Если оно будет, это потом, - уныло произнес его товарищ.
Кроме нас на улице собралось еще восемь человек. Солдаты оттаскивали трупы от догорающих машин на тротуар.
-Давайте, присоединяйтесь! - крикнул Геннадию и Николаю тот самый старшина, - крепко сбитый мужичек чуть ниже среднего роста с квадратным подбородком. Заметив меня, он сразу же спросил:
-А ты что с неба свалился?!
-Именно оттуда...
-У нас тут тоже дела - дрянь, как видишь, - он театрально развел руками.
-Помочь? - предложил я.
-Если не в напряг.
-А ты уверен, что «птичка» снова не появиться, пока мы тут возимся?
Страшина помотал головой.
-Неа, она за техникой гонялась... На пеших тратиться не будет. Может она и выглядит как «птичка», но ведет себя как нормальный штурмовик...
Мы сложили все тела в одном месте на тротуаре. Раненых не оказалось, только мертвые. «Птичка» знала свое дело, и любое попадание странных «пуль» в туловище или голову заканчивалось смертельным исходом. Пока мы носили тела, я обратил внимание на то, что на асфальте осталось множество маленьких выбоин таких же, как и на южном шоссе в нескольких километрах от Червяково.
Солдаты были слишком растеряны и напуганы, чтобы обращать на меня внимание. Внезапная смерть сослуживцев и командира повергла молодых ребят в шок. И только резкие выкрики старшины заставляли их действовать организованно.
-Все офицеры погибли? - спросил я у старшины Парышева, с которым мы вместе переносили тела убитых.
-Неа... старший лейтенант Титов остался. Вон у подъезда сидит. Молодой еще, нервишки не выдержали...
Только теперь я заметил, что недалеко от того места, куда мы укладывали тела, на скамейке за кустами сидит офицер.
-Перекур! - крикнул Парышев и уселся прямо на газон. - Курить будешь? - он протянул мне сигарету.
Я отказался и пошел к офицеру.
-Ну, как знаешь... - буркнул старшина и разлегся на траве. В отличие от своих сослуживцев он был на удивление спокоен и даже безразличен, словно таскать трупы было для него дело привычным. Может быть, так оно и было, если он служил до этого на Кавказе или воевал где-то за границей.
Старший лейтенант сгорбившись сидел на скамейке и смотрел в одну точку. Я сел рядом. Даже не посмотрев на меня, он произнес:
-Никогда не думал, что так будет... я... не понимаю, почему....
На вид старлею было лет двадцать пять не больше. Длинный, худощавый, с уставшим небритым лицом. Камуфляжная форма на нем была пыльной и грязной и висела словно какой-то нелепый балахон.
-Двинь ему по щеке разок. По себе знаю, помогает, - раздалось из-за кустов, где на траве лежал Парышев.
Я не стал следовать совету бывалого вояки и вместо этого просто потряс старшего лейтенанта за плечо. Очнувшись, он ошеломленно посмотрел на меня.
-Вы... вы кто?!
-Олег Добрынин, летчик... вернее бортинженер.
-А... Старший лейтенант Титов.
-Будем знакомы.
Мы пожали друг другу руки, после чего он спросил:
-Вы видели ее?! Это же ласточка! Гигантская ласточка!
Парышев захохотал.
-Ласточка с шестиствольным пулеметом! Андреич, ну ту дал!...
Он развернулся в сторону голоса и спросил:
-Старшина, капитан жив?
Парышев не ответил. Титов тяжело выдохнул и помотал головой.
-Хороший был мужик... Жену жалко... и сын у него еще малой...
Пока Титов говорил о своем командире, я вспомнил про Цыплакова и представил, что я буду говорить его жене, если конечно доберусь. Сейчас она, наверное, вместе с моими родственниками ждет вестей, с замиранием сердца слушая последние сводки. Ведь меня тоже ждут родители и жена. Хотя наши отношения с Галькой в последнее время обострились. Так что, возможно, она не сильно переживает, в отличие от матери, которую жаль больше остальных. Но что я мог поделать?!