-Черт возьми, Сергей Иванович, вы меня тоже простите, но вы работаете явно не по специальности! Как вас сюда занесло? Вам бы в органах служить! Слишком вы умны и воспитаны для такой должности!
Хоменко нервно хмыкнул.
-Не вы первый это замечаете... Что ж, воспитания у меня, наверное, на уровне генов. Четыре поколения моих предков служили родине. А вот где я служил до этого... Неважно, Раз уж судьба меня забросила сюда. Послужу родине и тут. Но вы правы я действительно в своем роде уникум. И вам, Олег, повезло, что вы встретили именно меня. Однако ж и вы далеко непросты. Можно сказать с луны свалились!
Кажется, он пытался шутить.
-Я не прошу от вас невозможного. Например, перевести, что написано на вашем странном приборе, который, по всей видимости, принадлежал японцу. Просто опишите, что сделал ваш спутник.
Слава богу, с японским у него явно туго, облегчено подумал я.
-Хорошо, я скажу вам.
Едва я произнес это, как он закрыл раму и развернулся ко мне.
-Вы слышали про «Энолу Гей»?
Хоменко напрягся.
-Это из военной истории. Хм, так назывался...
-Самолет, с которого сбросили атомную бомбу на Хиросиму. Так вот, летчикам, не объяснили, что несет их бомбардировщик. Им просто сказали, что они сбросят новую мощную бомбу. Понимаете о чем я...
Недовольный подполковник отвернулся назад и вновь открыл окно.
-Вам действительно ничего не сказали!!! Теперь я вижу, что вы не врете.
-Мы знали только что испытаем спутник связи.
-Вы хотя бы осознаете, какой груз ответственности лежит на вас?!!
-И да и нет. Ведь я был пешкой в чужих руках. Но стоит об этом подумать, как становиться не по себе...
В комнате воцарилась гнетущая тишина. И мне действительно стало не по себе. Вначале неприятно защемило в груди. Потом перед мысленным взором закружились лица Цыплакова, Робертсона, Грина, Маккола и Осаки - погибших членов экипажа МКС, затем лицо жены, родителей и многих других. Все они смотрели с укоризной за то, что я разрушил их привычный мир. Нажал маленькую кнопку на дурацком Устройстве, и миру конец...
Я очнулся от прикосновения руки подполковника. Положив ладонь на мое правое плечо, он тихо произнес:
-Мужайтесь, Добрынин, мужайтесь. Нам еще предстоит сообща выбраться из этого...
Хоменко вернулся к столу, достал из ящика маленький карманный приемник и, вставив наушники в уши, стал крутить ручку настройки.
-Только шум, - спустя какое-то время сказал он.
На мгновение мне показалось, что я тоже слышу шум, раздававшийся из приемника Хоменко. Вскоре я услышал отдельные крики, топот тяжелых армейских сапог. Во дворе началось какое-то оживление. Я бросился к отрытому окну и увидел, что люди бегут в разных направлениях. Бросив взгляд на соседние строения, я обнаружил на крышах много солдат и гражданских.
-Да что там случилось?! - наконец опомнился подполковник.
-Кажется, они что-то увидели...
Заметив нас, пробегавший мимо солдат притормозил.
-Товарищ подполковник, там самолеты! - махнув рукой на север, крикнул он и помчался дальше, очевидно на крышу ближайшего дома.
-Бардак! Никакой дисциплины... - буркнул Хоменко и подошел к шкафу. -Идемте, на крышу штаба, я возьму бинокль.
Не прошло и минуты, как мы, поддавшись общей суматохе и позабыв о естественной предосторожности, очутились наверху. Видимость составляла не более трех километров. Налетевший утром ветер так и не сумел полностью развеять проклятый смог. На севере почти на границе видимости мы увидели метавшиеся в небе силуэты самолетов.
Тем временем Хоменко настроил бинокль и с удовлетворением в голосе произнес:
-Действительно самолеты.
-Но вопрос чьи?!
-Похожи на наши «сушки». Но лучше гляньте сами.
Приняв бинокль, я неожиданно заметило, что среди самолетов металась «ласточка». Мелькали огненные шарики ракет, а если прислушаться, то становилось слышно громыхание бортовых орудий.
-Там идет бой, - произнес я, и словно в подтверждение моих слов один самолет неожиданно вспыхнул и, оставляя в небе темный след, резко пошел вниз.
Едва самолет скрылся за крышами домов, как до нас донесся грохот, а к небу взметнулись всполохи пламени, затем повалил черный дым. Со всех сторон посыпались ругательства.
Кроме нас на крыше очутилось немало народу. В том числе двое радистов, зачем-то притащивших полевую рацию.
-Кто приказал? - строго спросил их Хоменко.
-Мы это... - замямлил сержант.
-Понятно, самодеятельностью занимаетесь!
-Прикажете отнести обратно?