Парышев залпом допил остатки водки и, облокотившись спиной об забор, сел.
-Знаешь я ведь не только на Кавказе был... Но черт побери, вовсе я не такой я железный, как думает стралей. Когда эту гадость хлебну, так сразу слезу прошибает... жалко людей... большая война это ж не Кавказ... это...
-Парашев, че расселся!
Нас заметил один из патрулей ходивших вдоль периметра части.
-Иди проспись! - сказал какой-то незнакомый мне сержант.
-Сам ты параша!... - старшина пнул ногой своего коллегу и удалился прочь.
-Чума! А вы бы тут не ходили, товарищ Добрынин. Подполковник Хоменко просил вас не уходить далеко, - уже мне сказал сержант.
Я кинул головой и пошел вслед за пьяным старшиной.
Весь день ко мне липли с расспросами, особенно гражданские. Какой-то умник распустил слух, что я, дескать, один летчик успевший катапультироваться с одного из подбитых сегодня днем самолетов. Людям не терпелось узнать, кто на нас напал. Один раз я не вытерпел и сказал, что все сразу. Вопросы не то чтобы раздражали меня, но заставляли вспоминать о произошедшем на орбите. Я никак не мог отделаться от мысли, что мы испытали какое-то страшное оружие, ставшее причиной войны или всепланетной катастрофы.
В итоге я нашел убежище среди солдат Титова, которые, по крайней мере, не задавали мне глупых вопросов. Компания из шести человек закрылась в маленькой комнатушке и втихаря пила стащенную откуда-то водку. Я слышал, что Хоменко искал меня, но решил пока не объявляться.
Парышев уже вырубился и лежал в углу комнаты. Солдаты пили, закусывали и травили разные, как правило, похабные байки, а мой стакан так и остался не тронутым. Я сидел в задумчивости, глядя куда-то в пустоту.
Теперь, когда появилась реальная надежда, что я доберусь до своих, меня вдруг охватила тревога. Я был неуверен в себе и не знал, что буду говорить, когда предстану перед комиссией. Я ведь даже не задумывался над этим. Цель была только выжить.
Фактически я единственный свидетель, на которого неизбежно обрушиться масса вопросов, как только начнутся разбирательства. Возможно, мне дадут несколько дней передышки, а потом начнется... И я еще пожалею, что стал космонавтом. Стоило ли так долго учиться, получать ученую степень, пробиваться в отряд космонавтов, чтобы упасть с небес и пить водку с обычными солдатами. Этот путь можно было пройти гораздо быстрее. Мы все очень умные, черт побери, и вот до чего нас довела эта умность! До мировой катастрофы! Будь мы проще, как эти солдатики, ничего бы такого не случилось.
Я схватил стакан и залпом выпил его содержимое. Водка обожгла горло и пищевод, но в голову совсем не ударила.
-Вот дает, летчик! - сосед похлопал меня по плечу. -На-ка еще.
-А мы думали ты совсем того, трезвенник-язвенник.
Я усмехнулся и выдул второй стакан. И опять никакой реакции. А ведь сейчас как никогда я хотел напиться. Но не помог и третий стакан. Солдаты, заинтересовавшись, этим феноменом налили четвертый. Все молча ждали, когда я наконец не выдержу и рухну рядом со старшиной. Я и сам желал этого, однако четвертый тоже прошел незамеченным. Лишь тогда я сообразил, что причиной этого была «тварь», жившая внутри моего тела. Вероятно, она переваривала водку.
Господи, ну за что мне такое наказание! Ели ты и в самом деле есть, господи...
Из-за этой дряни я на всю жизнь окажусь в изоляции. Если она, конечно, не сожрет меня раньше!
Мне стало страшно. Я желал только одного - заснуть и, проснувшись, обнаружить, что это страшный бредовый сон наконец закончился. К несчастью, это было невозможно. Значит, если я выберусь, меня ожидает судьба подопытного кролика. Тогда может быть и не стоит выбираться...
Я впал в прострацию и потерял счет времени. Очнуться меня заставил солдат, прокричавший мне прямо в ухо:
-Очнись летчик! Тревога!
Вскочив, я побежал вместе со всеми. Мы вылетели в коридор и ринулись выходу. С улицы доносились крики и пальба.
Ну вот, опять началось! - промелькнуло в голове, когда я очутился на крыльце казармы. - Это было всего лишь затишье перед бурей!
Стрельба и крики доносились со стороны ворот, через которые мы вчера попали на территорию части. Солдаты, не долго думая, побежали на подмогу. Я в нерешительности замер на крыльце, потому что у меня не было никакого оружия. И тут в ушах зазвенело. За соседним зданием громыхнул взрыв, выбивший все стекла.
-Воздух! - услышал я, прежде чем человеческий голос исчез в раскате нового взрыва.
Инстинктивно я бросился вниз и, подвернув ногу, прокатился по ступенькам. Из дыма возник темный силуэт, и вновь забарабанил по земле «смертельный град». Я видел, как солдаты бежавшие впереди почти одновременно упали наземь. Затем кто-то рухнул на меня и, конвульсивно дернувшись, замер.