— Ты рискуешь парадоксом, — нахмурилась Робота.
— Нет. Думаю, всё будет в порядке.
— Вообще-то это больше похоже на то, что тебя тронула милая невинность Сирены, и ты хочешь посмотреть на Горгону в молодости.
— Почему ты так считаешь?
— Я объективна, поскольку являюсь машиной. И женщиной, к тому же. Поверни назад, Грей.
— Думаю, она права, — сказала Пия. — В конце концов, он мужчина, который способен вынести весьма ограниченное количество обнажённой плоти, прежде чем его мозг перегрузится.
Все посмотрели на Эда.
— Боюсь, она права, — вздохнул тот. — Сирена — роскошное юное создание, и из жалости к ней сердце Грея могло дрогнуть.
— Так что, посылать помощь? — нервно уточнил Тристан.
— Пока не надо, — решил Эд. — Ничего ещё не произошло. Может, он придёт в себя до того, как наделает глупостей.
Однако Грей упрямо шагал вперёд. Его поступок выглядел, мягко говоря, неразумным. Эд смущённо моргнул. Когда дело касалось женщин, мужчины часто вели себя по-дурацки. Этой опасности они не предусмотрели.
— Помни, — сказала Робота, внутренне готовясь к катастрофе, — вид ничем не прикрытого лица Горгоны обращает мужчин в камни. Целиком, а не частично, как при виде женских прелестей. — Она обняла его голову, прижавшись грудью к щеке.
— Она пытается его отвлечь, — сказала Пия. — И тут я с ней заодно. Если она соблазнит его, возмущений в истории Ксанфа не возникнет.
— Я буду осторожен, — легкомысленно пообещал Грей.
Они миновали поросшие деревьями берега озера, свернули в сторону — и внезапно что-то заставило талант Грея проявить себя, аннулировав участок лежавшей перед ними водной дорожки. Он с плеском упал навзничь и погрузился в воду по шейку. Робота засмеялась, крепко держась за его спутанные пряди.
— Талант служит тебе верой и правдой, — одобрительно кивнула она. — Может, шок добавит тебе немного здравомыслия.
— Ты права, — повинился Грей, всплывая. — Нет причин встречаться с Горгоной. О чём я только думал? — Теперь он вынужден был загребать руками и ногами, чтобы выбраться на более высокий участок дна.
— Наверное, об этом, — сказала Робота, снова прижимаясь грудью к его уху. — Или об этом. — Она раздвинула колени. — Плыви к берегу, и уберёмся отсюда как можно быстрее.
— Хорошо, — он подплыл к ближайшему берегу.
Женская рука протянулась к нему, чтобы помочь выкарабкаться из воды. Он взглянул на свою спасительницу — и окаменел.
Пия закричала. Эд упал с кресла. Грей попался внезапно, не думая о том, что придётся аннулировать чью-то магию в ближайшие несколько секунд. Он увидел неприкрытое лицо Горгоны случайно. Тем не менее, катастрофа всё-таки произошла.
Глава 11
Море Фанты
Через мгновение Пия оправилась достаточно, чтобы помочь Эду объяснить суть катастрофы.
— Грей окаменел? — повторил потрясённый Тристан. — Этого мы не ожидали.
— Это уж точно, — без улыбки сказала Брианна. Она побледнела, насколько позволяло коричневое лицо. — Мы так волновались о том, что он может невольно изменить ход истории, что не подумали о том, как сама история может повлиять на него. Что мы скажем Айви? Боюсь даже представить её реакцию. Она и в отсутствие ПМС раскричится.
— У женщин в Ксанфе бывают ПМС? — изумилась Пия. — Я считала… то есть, есть же аисты и всё такое…
Брианна глянула на мужчин — убедиться, что те не слышат.
— В промежутках между вызыванием аистов женщины иногда приходят в дурное настроение, примерно раз в месяц, — поведала она. — Мужчины не в курсе. Но что я действительно имела в виду, так это…
— Знаю. Это ужасно. Она любит Грея.
«БЕЗ ПАНИКИ,
— напечатал КонПутер.
— ОКАМЕНЕНИЕ ВЕЧНО НЕ ПРОДЛИТСЯ».
— Да? — с дурацкой надеждой в голосе спросила Пия.
— Все окаменевшие мужчины пришли в себя во времена Безволшебья, — пояснил Джастин.
— Какое облегчение, — оживился Эд. — Я думал, он умер.
— Я отправлюсь ему на выручку, — с мрачной решимостью сказал Тристан. — Когда я вытащу его из Ксанфа, магия развеется, и он придёт в себя. Он не мёртв, просто заколдован.
Слова Джастина не давали Пии покоя: — Что это за времена Безволшебья?
— Эта напасть произошла с Ксанфом примерно годом позже, — ответил Джастин. — Когда Бинк по ошибке освободил демона Иксанаэнного и тот улетел, забрав с собой всю магию.
— Но демон Иксанаэнный всё ещё здесь, — возразила Пия. — В образе…
— Это было временно, — покачал головой Джастин. — Через сутки демон вернулся, и магия восстановилась. Однако мужчины, которые перестали быть статуями, не окаменели вновь; чары Горгоны не смогли восстановиться на расстоянии сами по себе. Случайное преимущество того неудобного периода.