– Медиумом.
Алекс уставилась на него:
– Ты никогда не говорил мне об этом.
– Ну, есть вещи, о которых не говорят.
Она пожала плечами:
– Почему? Это не имеет значения. Он что, втягивал тебя в эти дела?
– Господи, конечно же, все время.
Она рассматривала сидевшего перед ней человека: высокий, неловкая поза, неуверенно, как старик, держит стакан обеими руками. В его присутствии она чувствовала себя уютно и спокойно. Ей всегда казалось, что Филип со всеми его тайнами и ответами, с его знаниями таит в себе истину о сути бытия, она известна только ему, и в один прекрасный день, если она проявит достаточно настойчивости, он раскроет ей эту тайну.
– Во что именно?
Он покраснел и уставился на свой стакан, словно старался прочесть текст, зашифрованный в виски.
– Спасение души – вот как он это называет.
– Спасение души?
– Гм! – Он неловко двинулся в кресле.
– Расскажи мне об этом.
Филип смущенно огляделся, как бы желая убедиться, что никто больше его не слышит, затем с извиняющимся видом улыбнулся ей.
– Мечтает приобщить меня… что-то вроде… – он пожал плечами, – экзорцизм, спасение заблудших душ и все такое.
– Не понимаю.
– Около Гилфорда есть участок дороги, на котором, как считают люди, появлялся призрак: прямо посреди дороги бродил какой-то тип. Его видели и несколько патрульных полицейских. Мой папаша отправился туда, прихватив меня с собой, потому что я не псих и духи на меня не действуют, я пашу по прямой. – Он сунул сигарету в рот и затянулся. – Выяснилось, что на этом месте несколько лет назад погиб в аварии водитель грузовика; так и не поняв, что он мертв, парень все бродил и бродил в поисках своей жены и детей. Мой отец объяснил ему, что произошло, что он мертв, а также связал его с духовными наставниками, те забрали его, и он обрел счастье. – Мейн робко посмотрел на Алекс, затем перевел взгляд на стакан с виски и повертел его в руках.
– А ты видел этого человека?
– Господи, да нет же. Только слышал, как отец разговаривал с ним.
– И что ты об этом думаешь?
Он сделал глоток и поднял на нее взгляд.
– Я думаю, у моего папаши крыша поехала.
Алекс в упор посмотрела на него, какое-то время они сидели молча.
– Вот уже не думала, что и ты к этому приобщился, – наконец сказала она.
Филип смущенно поерзал на месте.
– Это было давным-давно. – Он помолчал. – Господи, столько времени прошло…
– И всю оставшуюся жизнь ты стараешься доказать, что он заблуждался?
Выпрямившись, Мейн молча уставился на нее.
– Мой отец кончил в сумасшедшем доме.
– Прости, – сказала она.
Он пожал плечами.
– Может, ему не удалось справиться с теми силами, которыми он обладал, – сказала она.
– Гм…
Она передернулась:
– Мороз по коже.
– Есть определенная связь между старческим мышлением, душевными заболеваниями и подобного рода страстями. Такова судьба большинства медиумов.
– Никогда не слышала, чтобы викарий стал медиумом.
– А ты когда-нибудь слышала, чтобы викарий кончил свои дни в сумасшедшем доме?
Она посмотрела на него, не зная, улыбнуться ли на это или нет.
– А ты когда-нибудь верил в такие вещи?
– Такие вещи погубили моего отца. – Он не отрываясь смотрел на виски.
– А тебе никогда не приходило в голову, что в этом что-то есть? В людях, обладающих даром исцеления?
– Даром исцеления обладает Национальная служба здравоохранения, и по статистике у нее результаты получше.
– А когда и она терпит поражение?
Он продолжал рассматривать виски.
– Тут ничего не докажешь.
– Случалось, люди выздоравливали, когда врачи ставили на них крест, лишали последней надежды.
– Такое случалось всегда, девочка, задолго до появления медиумов.
– И до Христа?
Он снова фыркнул.
– Тебе надо взять отпуск и отдохнуть. Избавляйся от всего этого; и не нужно, чтобы медиумы снова и снова поднимали все это.
– Одна из них была тут днем.
– А… тогда понятно.
– Что понятно?
– Отчего ты была бледная как полотно, когда я явился.
– Она вела себя странно и в самом деле перепугала меня. – Алекс посмотрела на него, но Мейн промолчал. – Я не просила ее приходить, она сказала, что якобы почувствовала – меня одолевают тревоги и что… Фабиан… что он по-прежнему где-то тут. – Алекс натянуто улыбнулась и вытянула сигарету из пачки. – Она села вот здесь, закрыла глаза, и вдруг ее стало трясти, как лист на ветру; потом она вскочила с перепуганным видом и сказала, что сделала ошибку, ужасную ошибку и что я должна оставить его в покое.
– Очень разумно.
– Затем сверху раздался шорох.
Мейн внимательно присмотрелся к ней.
– Какая-то идиотка хочет запудрить тебе мозги, втянуть во что-то.
– Нет, – возразила Алекс, – в том-то и дело, что не хочет. Она просто ушла, ничего не говоря и не отвечая на вопросы. Буквально вылетела, ужасно перепуганная.
– Психи, все они психи.
– Даже Морган Форд?
– Да, девочка. Иначе и быть не может.
– Вот уж спасибо; а я с такой надеждой иду завтра на встречу с ним.
– Я тебе уже все объяснил.
Она пожала плечами.
– Я хочу побывать у него; мне нужно самой составить впечатление. И тем более мне хочется встретиться с ним теперь, после того, что произошло… Я…
Он испытующе посмотрел на нее:
– Случилось что-то еще? Не так ли?
Она разминала сигарету.
– Вчера я привезла из Кембриджа старый чемодан Фабиана; он лежал у него на кровати, полный вещей, очень тяжелый. Вдруг я услышала наверху какой-то шум… поднялась. Чемодан валялся на полу. Сам по себе он никак не мог упасть, Филип.
– Так как, по-твоему, он оказался на полу?
Алекс нервно улыбнулась и почувствовала, что краснеет.
– Может быть, это странно звучит, как бред… может, меня тоже надо отправить в психушку, но, видишь ли, у Фабиана всегда был взрывной темперамент; в общем-то он был мягок и вежлив, но, когда у него что-то не получалось, особенно в детстве, он впадал в неистовство. Случалось, им овладевала такая сила, что я не могла справиться с ним. Может, он и сейчас разозлился … из-за этой женщины. – Она снова улыбнулась и с надеждой посмотрела на Мейна.
Он усмехнулся:
– Есть сотни причин, по которым чемодан мог оказаться на полу.
Алекс решительно замотала головой:
– Нет, никоим образом; этот чемодан не мог свалиться. – Она взглянула на него. – Почему ты ухмыляешься?
Он медленно покачал головой:
– То на тебя нападают в твоем офисе, то кто-то разбрасывает по комнатам чемоданы… Задумайся об этом.
– Это не то, Филип. Вчера вечером я была не в себе, но сегодня совсем другое дело, сегодня я чувствую себя нормально. – Она помолчала. – Хочешь сам посмотреть?
Он пожал плечами и встал.
В какой-то ужасный момент Алекс подумала, что вот сейчас они войдут в комнату и увидят: чемодан по-прежнему лежит на кровати и все вещи в нем аккуратно сложены. Она толкнула дверь и включила свет – чемодан по-прежнему валялся на полу с раскиданными вокруг вещами.
– Видишь?
Он посмотрел на чемодан, на одежду и книги, разбросанные по всей комнате.
– Все это было на кровати?
– Да.
Мейн обвел взглядом комнату, задумчиво взглянул на портрет Фабиана, задержав на нем взгляд; проходя мимо телескопа, легко провел по нему рукой.
– Прекрасный инструмент.
– Если хочешь, возьми его.
Припав на колени, Мейн настроил фокусировку и заглянул в окуляр.
– Лондон отвратительное место для занятий астрономией: слишком загрязнен воздух.
– Бери его, если надо.
Он покачал головой:
– Это вне круга моих интересов. Королева Виктория ненавидела микроскопы. Считалось, они так приближают предметы, что трудно сказать – что это такое. Я точно так же отношусь к телескопам: они так отдаляют предметы, что трудно судить, что они собой представляют. – Она улыбнулась. – Дал бы мне кто-нибудь микроскоп. Все мы, девочка, как под микроскопом, все-все… – Он встал, потянулся и перевел взгляд на чемодан: – Помочь?