– Добились? – недоверчиво переспросил Дэвид. – Чего, ради всех святых, вы добились?
– Я думаю, этот вопрос вы должны задать своей жене, – сказал Форд.
Алекс видела, что Дэвид не сводит с нее глаз.
– Дорогой, – сказала она, чувствуя, что краснеет, – ты не будешь возражать, если я перекинусь парой слов с глазу на глаз с мистером Фордом?
Дэвид посмотрел на нее и перевел взгляд на мистера Форда.
– Может, ты пока приготовишь нам чай?
Он неловко поднялся и почесал бороду.
– Хорошо… я… – Поглядев по сторонам, он на секунду засунул руку в карман пиджака. – Пойду поставлю чайник. – Он вышел из комнаты, и Алекс услышала звук захлопнувшейся двери. Она встала, и пол поплыл у нее под ногами. Качнувшись, она все же утвердилась на ногах и подошла к бару.
– Теперь вы чувствуете себя получше, Алекс?
Она взяла сигарету, обратив внимание, что Форд первый раз обратился к ней по имени.
– Благодарю вас. Думаю, что да. На меня так много навалилось… – Взгляд ее остановился на розе, которую Дэвид положил на боковой столик; легко нагнувшись, она прикоснулась к ней. – Ее в самом деле послал мне Фабиан?
– Порой такое случается. Кто-то по пути ее обуглил.
– Чья-то душа?
– Да, – тихо ответил он.
– Он часто приносил мне розы; может, он вез мне ее из Франции и в катастрофе она обгорела. Могло быть такое?
Форд кивнул:
– Не исключено, – и нахмурился.
– Но вы так не считаете.
– Сегодня вечером вокруг нас были и другие души, мешавшие нам. Герберт, мой учитель, предупреждал нас.
– Что вы имеете в виду?
– Когда мы сомкнули круг, то тем самым открыли канал для связи с потусторонним миром. Я никогда не могу точно знать, кто явится, воспользовавшись им. Сегодня мы надеялись, что это будет Фабиан, но часто являются и другие, иногда совершенно незнакомые. Время от времени и злые души пытаются оказать свое влияние на круг, пытаются завладеть им.
– Злые души?
Форд кивнул:
– Они могут быть очень хитры и изворотливы. Великолепно притворяются. Подделываются под тех, кто ушел от нас: голос, поведение, внешность. Они пытаются воспользоваться энергией, воссоздающейся в круге.
– Почему?
– Для своих собственных целей.
– Вы верите в зло?
Форд помолчал.
– Конечно. Есть добро, и есть зло, миссис Хайтауэр. Они сосуществуют и здесь, и в потустороннем мире, и между ними поддерживается определенное равновесие.
– И кто-то из этих злых… душ… мог опалить розу?
– Возможно. Многое из того, что происходило сегодня вечером, я просто не понял.
– То есть нас постигла неудача?
– Не знаю. Нашей целью было спасти Фабиана, дать ему освобождение от земных пут. Но было слишком много посторонних вмешательств, все перепуталось. И я не могу быть уверен, удалось ли ему освободиться. – Он покачал головой.
– Вмешательство девушки – это вы имеете в виду?
Форд кивнул:
– Частично.
Прикурив, Алекс снова устроилась на диване.
– Она появлялась и раньше. В вашей гостиной. Девушка по имени Кэрри, с которой встречался Фабиан.
Форд кивнул:
– А этот мужчина, утверждавший, что он отец Фабиана? – Он в упор посмотрел на Алекс. – Что-то вроде Джона Босли. Я не понял, почему он появился, но порой случается, что возникают такие скандалисты.
У Алекс снова запылало лицо.
– Доводилось ли вам сталкиваться с душами, – сказала она, – которые хотят вернуться?
– В человеческий облик?
Она кивнула.
– Вы имеете в виду обладание?
– Я не уверена, как это называется. Но кто-то хочет вернуться, потому что у него тут остались неоконченные дела.
Форд посмотрел на часы.
– Многие души чувствуют после смерти растерянность, особенно те, кто ощущает сильное земное притяжение; часто они даже не осознают, что мертвы; лишь когда они пытаются заговорить с теми, кого любили, со своими друзьями, они выясняют, что никто их не видит, никто не слышит, – и вот тогда только они начинают осознавать, что случилось. До этого многие из них пытаются вести себя как и раньше, занимаются какими-то делами, воображая, что все идет так, как было до их ухода.
– И кому-нибудь это удается? – спросила она.
– Продолжать свои дела?
Она кивнула.
– Да.
– И как они это делают?
– Они используют физическое тело и мозг кого-нибудь из живущих. Овладевают кем-то и… становятся хозяевами тела. Вот что мы называем состоянием обладания. – Он улыбнулся. – Есть документальные свидетельства, как души продолжают заниматься своими делами, используя живых людей. Такие случаи зафиксированы в среде хирургов, художников… и композиторов. Моцарт, как известно, стал сочинять великолепную музыку в возрасте четырех лет; можно предположить, что он находился под влиянием души какого-то композитора.
– А как насчет зла?
– Взять Гитлера, – сказал Форд. – Прямых доказательств нет, но есть много свидетельств, что Гитлер и несколько других членов из руководства Третьего рейха находились под влиянием злых сил, которые и руководили их действиями.
– Во время нашей первой встречи вы сказали, что Фабиан хочет вернуться. Именно это вы и имели в виду? То, что у него остались неоконченные дела?
Внезапно Форд занервничал. Ему явно не хотелось говорить на эту тему. И она подумала, что этот вопрос ему просто не по зубам.
– Неоконченные дела?
– Да.
Форд улыбнулся.
– Какого рода дела, по вашему мнению?
Алекс опустила глаза.
– Мне кажется столь странным говорить о нем, словно бы он… – Она резко встала, пересекла комнату и стряхнула пепел сигареты в корзину для мусора.
– Словно бы он по-прежнему жив?
Она кивнула.
Форд загадочно улыбнулся:
– Вы женщина с высоким уровнем чувствительности, может даже чрезмерным.
– Что, черт побери, вы хотите сказать?
Форд покачал головой и снова улыбнулся.
– Я не понимаю.
– Мне кажется, придет день, когда вы поймете. – Его лицо потемнело, и она снова почувствовала неловкость. – Я думаю, мы должны снова собрать круг, в следующий четверг.
– Нет.
– Это очень важно… для вашего сына.
– Я считаю этот опыт слишком пугающим.
– Только в первый раз. И нам еще ничего не удалось достичь. – Он встревоженно обвел взглядом комнату. – Потом вы почувствуете себя куда лучше.
– Не могу себе представить, что можно чувствовать себя лучше.
– Можно, – решительно сказал он, – но только если вокруг вас не будут витать души. Когда мы поможем его душе, вот тогда вы обретете мир и начнется исцеление.
– Вы не думаете, что, возможно, я коснулась вещей, которые лучше было бы оставить в покое?
– Вы должны думать о своем сыне.
Она пристально смотрела на Форда, пытаясь понять, что кроется за его словами. Кто он – жулик, как предполагал Дэвид? А может, она подпала под влияние гипноза и все себе вообразила? Но ведь она совершенно четко и ясно слышала голоса. И все же какие-то сомнения остались. Ведь нельзя не учитывать, что в интересах Форда и дальше продолжать раскручивать это дело, чтобы обеспечивать работой своих странных спутников с их золотыми серьгами и большими ногтями.
– Но, кроме того, я должна подумать и о своем муже.
– Потому что он столь скептически настроен?
– Есть и иная причина. – Она прошлась по комнате, опять села. – Тот мужчина, который утверждал, что он отец Фабиана…
– Та случайная душа?
Алекс покачала головой:
– Нет, не такая уж она случайная. – Она помолчала. – Дэвид – не отец Фабиана.
Форд внимательно посмотрел на нее и, опустив глаза, стал изучать собственные безукоризненные ногти. Что-то его волнует, подумала она. Это открытие должно было все прояснить для него, но похоже, оно лишь ухудшило состояние дел.