— Рад, что ты меня понял, — кивнул ему Зорн, — а теперь, пора заняться делом!
Зорн успел провести через артефакт чуть больше ста человек, прежде чем решил, что пора ехать дальше. Во время остановки на обед он успеет обработать всех остальных смертников. Когда лагерь был собран и все начали садиться по машинам, Мера попросила Янсура сесть в десантном отсеке бронетранспортера. Аргументировала она это тем, что хочет узнать больше про оборотней и их родной мир, в чем ей мог помочь только Алер. Янсур все прекрасно понял, так что легко согласился поменяться с ней местами. К слову, на общем языке он говорил уже свободно, так что Алер был ему уже не нужен. Если кто-то и был удивлен тем, что Мера решила ехать вместе с Алером, показывать это не стал, так что вскоре, колонна вновь вышла на проложенный Годи маршрут.
Идор и Алескер сели медитировать, Жарик укреплял свою связь с Масиком, а Янсур и Чинз слушали музыку. Ну а Зорн вновь занялся созданием магических винтовок, параллельно изучая базу данных по теневой магии. Как ни крути, а в ближайшем будущем ему действительно придется заняться обучением одаренных и если он не хочет ударить в грязь лицом, следовало подготовиться. Иллюзорную магию, к которой предрасположена принцесса Дейя, он уже изучил. Осталось только попрактиковаться в этом, но Зорн не сомневался, что проблем не возникнет. Слишком хорошую начальную базу дал ему отец, когда он только-только начал изучать магию и все, что с ней связано. При желании, он мог бы самостоятельно изучать все магические атрибуты. Вот только на это ушло бы несколько тысячелетий.
Когда колонна достигла точки, в которой планировалось остановиться на обед. Зорн как раз заканчивал создание магической снайперской винтовки, коих в его пространственном кармане было уже больше сотни штук. Покинув бронетранспортер, Зорн привычно для себя достал артефакт с карманным измерением и открыл проход, чтобы солдаты могли выйти и немного отдохнуть. Когда все они покинули карманное измерение, Зорн закрыл проход и подозвал к себе Янсура и Идора.
— Делаешь легкую разминку, — начал говорить Зорн, обращаясь к Идору, — а после, приступаете к спаррингу. Пользуйся круглым щитом и коротким мечом. Задача простая. Необходимо ранить Янсура. Все понял?
— Да учитель, — кивнул хмурый волчонок. Хмурым он был потому, что думал о том, что Зорн не хочет заниматься с ним сам, поскольку Идор слишком слаб. Однако, он признавал, что Янсур тоже весьма опасный воин, с которым справится дано немногим. Из тех кого он знал, с ним могли сражаться на равных только сам Господин Зорн и дядька Алер.
Сев за небольшой столик, Зорн поставил на него артефакт знаний и приказал смертникам подходить по одному. Первым подошел Ктон, который выглядел весьма задумчивым. Он явно анализировал их недавний разговор и пытался понять, как ему стоит действовать дальше. То, что он будет делать все, что прикажет ему Зорн, было неоспоримо, но и само отношение имело немалую роль. Ктон увидел в Зорне человека, который без малейших колебаний раздавит его словно жука, если ему что-то не понравится. Он чувствовал это всеми фибрами души. И ему было откровенно страшно. Он, как никто другой знал, что смерть — это далеко не самое страшное, что может произойти с человеком и экзотом. Положив руку на странный артефакт, он приготовился к тому, что может произойти все что угодно. Однако, в момент яркой вспышки он почувствовал, как чужие знания и опыт потекли в его сознание и стали с ним единым целым, словно это был его его собственный опыт. В один момент он понял, что прекрасно знает, как правильно стрелять из огнестрельного оружия, как правильно бить копьем и орудовать мечом в ближнем бою. Причем не только коротким, но и двуручным. И это было далеко не все. Он даже знал, как правильно лечить раненых бойцов и какие лекарственные растения надо собирать в лесу. А ведь раньше он подобными темами не интересовался. От слова совсем. Он искренне считал, что каждый человек должен заниматься своим делом, в котором он действительно хорош.
Проморгавшись, Ктон отошел в сторону, позволив тем самым Вальеру подойти к столу. Как ни странно, но этот жалкий ублюдок тоже сумел выжить той ночью на крыше, а вот Цест, помощник Ктона и трое телохранителей погибли. Да… вспоминать события той ночи было неприятно. Мало того, что их всех арестовали, так еще потом и пытали больше двух часов, чтобы выбить признание и все прочие секреты. Пытали сильно, практически до самой смерти, но в самый последний момент, палачи применяли исцеляющий артефакт и все начиналось с самого начала. В итоге, он рассказал все, даже поведал им про все свои тайники с золотом, оружием и артефактами. Почти четыреста тысяч золотых ушло в казну города, а вместе с ним оружие и артефакты на схожую сумму. Радовало только одно. Палачи ничего не узнали про вдову Капитана Кечина и мальчика, которого она родила не от своего мужа, а от Ктона. В Имперском банке на ее счет был открыт вклад, в котором лежало больше пятидесяти тысяч золотых, так что Ктон был спокоен за будущее своего сына. И плевать, что он никогда его больше не увидит, а Пален никогда не узнает, кем был его настоящий отец. Впрочем, так даже лучше. Как ни крути, а погибший на службе отец лучше, чем осужденный на смерть преступник. Пусть даже и живой. Впрочем, это не надолго.