Бронтиус никогда не был кровожадным. Война была для него искусством. Служба в наемниках, война за деньги и вообще сделали его прагматиком, убрав сопутствующие войне сильные чувства, типа патриотизма или мести. Самоубийственная война никогда не входила в его планы. Но сейчас он совершенно спокойно обдумывал именно это – в какой момент отдать приказ на самоубийство – подрыв тоннельной системы Тарна. Все тоннели и ходы вокруг корабля были выполнены с таким расчетом, чтобы при взрыве нескольких космических мин разрушился весь ледник и освободил черный корабль. Для этого даже пришлось прорыть множество бездействующих ходов.
Зачем это Совершенному – Глехира не интересовало. Слишком сильную установку дал Совершенный в последнем приказе. Даже вечная привычка Бронтиуса – обдумывать каждый шаг боевой операции – дала сбой. Мозг просто не мог зайти за этот барьер, поэтому он не думал о тех. кто должен здесь погибнуть: о себе, о своих солдатах, о гражданских строителях, об огромном количестве вражеских солдат. Все должны быть похоронены в одной братской могиле, в которую превратится ледяное плато. Главное – это было необходимо для защиты Совершенного!
****
Брибо с отвращением смотрел в сводку потерь. Люди и техника, уходящие в ледяные лабиринты, казалось, растворялись там. Особенно бесило соотношение потерь. Не зная, на ком сорвать злость, он выгнал пришедшего с докладом штабного офицера. Виноваты МРОБовцы, решил он, если бы они не гнали на срочный захват корабля и поиски принцессы, можно было блокировать наемников и спокойно ждать, когда у них кончится продовольствие. Или хотя бы как следует подготовиться к штурму.
В глубине души он понимал, что Министерство здесь не при чем, на них тоже давят. Ещё бы, на кону такой приз – целый корабль предтеч с возможно функционирующей техникой. Да и спасение принцессы даст возможность получить награды многим из высшего генералитета. Ему же, похоже, придется стать козлом отпущения за такое количество потерь. А если, не дай бог, повредят черный корабль, то дослуживать он явно будет начальником позабытого спившегося гарнизона в пограничных мирах.
Он постарался отогнать тяжелые предчувствия и переключил внимание на операцию вокруг транспортника наемников. Тоже непонятная ситуация. Уже второй день, как корабль прекратил всякую внешнюю активность. На предложения о переговорах тоже не отвечает. Ладно, он под прицелом стольких кораблей, что будет уничтожен раньше, чем сможет взлететь.
Звякнул короткий сигнал сообщения. Над столом–коммуникатором появилось облачко голограммы и, мгновенно сгустившись, приняло очертания транспортника наемников. "Ну вот, вспомни дракона, и он появится".
– Что происходит?
– Возросла активность внутри корабля. Детекторы улавливают накопление энергии, – бесстрастно доложил офицер–информатор.
– И что, вы докладываете мне, чтобы я погадал вам, что там происходит? – сарказм в голосе генерала не предвещал ничего хорошего.
– Смотрите! – в голосе штабиста прорезались эмоции. Брибо поморщился – старый служака не любил, когда кто–то забывал о субординации. Но взглянув на голограмму, он сам забыл обо всем.
Транспортник засиял сполохами разрядов по всему корпусу. Включена максимальная силовая защита. В этот же момент вскрылись все транспортные выходы корабля. Сплошным потоком из них посыпались уцелевшие флаеры: истребители, штурмовики, десантные катера, разведывательные катера и шлюпки. Похоже, наемники подняли все, что могло летать в космосе.
– Какого ... ?! – все–таки не удержался и выругался генерал. – Атаковать!
Было видно, что его приказ лишний. Первыми на стартующих наемников свалились дежурные истребители, постоянно висевшие над планетой. Через мгновение над планетой закрутилась огненная пляска. Истребители, стартовавшие с транспортников, задействованных в операции, словно мошкара сыпались на такой же рой, выпущенный из корабля наемников. С ходу они вступали в бой.