Выбрать главу

Все произошло так быстро, что когда Сания открыла глаза, все уже было кончено. Наемники замотали руки и ноги капрала паутиной из его контейнера и заклеили разбитый рот.

– Не переживай, полчаса в медмашине и будет как новенький, – успокоила женщина, заметив её испуганный взгляд.

– Стой здесь, а лучше ляг к стене, – приказала она Сание. Здоровый наемник молча показал остальным, кто куда бежит, потом взял у женщины кассету и отломил гранату. Выставил её на светошумовое действие, отвел руку и, широко замахнувшись, закинул за угол. Увидев, что все наемники прикрыли уши руками, закрыли глаза и присели, Сания сделала то же самое. За поворотом рвануло. Хотя она и прикрывала уши, её все равно оглушило. Открыв глаза, она поняла, что стоит одна. Наемники были уже в столовой. Тряся головой, чтобы избавиться от звона в ушах, она пошла туда. И, сразу схватившись за стену, нагнулась. Её вырвало.

Почти в проходе, на полу, в луже крови лежал солдат с перерезанным от уха до уха горлом. Над ним наклонился медик, тот, который сбил с ног капрала. Он вытирал нож о форму имперца.

Ситуация повторялась. Только в прошлый раз наемники–медики были жертвами. Сейчас трое из них стояли, направив игольники на лежавших солдат, а двое сматывали им руки и ноги. Еще двое с бластерами наизготовку обходили другие комнаты. Вдруг из-заспины Сании в столовую вбежал медик космической пехоты. По–видимому, услышал взрыв и решил проверить. Остановившись, он бешено рвал с бедра бластер и никак не мог выхватить, забыв нажать защелку. Стоявшие вскинули игольники, но оказавшийся ближе всех наемник с виброножом опередил их. Он прыжком преодолел разделяющее их расстояние и с замаха попытался повторить удар в открытое горло.

Сания даже сама не поняла, что бросило её вперед. Вклинившись между двумя мужчинами, она закрыла от страха глаза и почувствовала, что нож входит ей в грудь. Перестаньте убивать, хотела закричать она, но боль в грудине перекрыла ей горло. Все поплыло, и она мягко повалилась на пол.

В этот момент, верткий выпустил из пальцев рукоятку ножа и застыл и с недоуменным выражением на лице.

– Что происходи... – закончить он не успел. Пехотный медик, наконец, выдернул лучевик и выстрелил в упор в грудь наемника. Когда тот упал, он направил бластер на трех ближайших врагов, но их поведение остановило его. Игольники в их руках уставились в пол, у одного вообще выпал. Застыв, как статуи, ничего не видя и не слыша вокруг, они прислушивались к чему–то внутри себя. Те двое, что связывали имперцев, остановились и, присев на пол, тоже застыли. На них тотчас набросились бывшие пленники и уже они сматывали руки безучастным наемникам.

Глава 19

Бой разгорался. Первая волна атаки захлебнулась под плотным огнем обороняющихся. Лишь в одном месте пехоте удалось зацепиться. Несколько человек смогли спрыгнуть в ледяной окоп и, загордившись бронещитами, удерживали этот пятачок. На тактической карте у командиров этого сектора тотчас высветился этот пятачок, как направление главного удара. На кусочек окопа, не огрызающийся иглами и гранатами, сразу были перенаправлены роты с других направлений. Пятачок начал расширяться в обе стороны. Пользуясь подавляющим превосходством в живой силе, имперцы развивали свой успех. В окопах началась рукопашная.

В бронекостюмах с включившимися имплантатами, ускорившими реакцию и увеличившими команды на мышечные усилия, схватившиеся бойцы мало походили на людей. Тела крушили лед вокруг. Бластеры, применяемые в упор, прожигали бронекостюмы и тела насквозь. Виброножи плавно прорезали броню противников. В ход шла даже паутина.

Зажатые в предсмертные тиски солдаты прибегали к последнему средству – кололись "боевым коктейлем". Озверевшие, с одной мыслью в голове – убей! – они рвались к горлу наемников. Но и те, зомбированные последним приказом Совершенного, не обращали внимания на ранения и бились до тех пор, пока еще могли двигаться. Снайперы в бронегнездах с высоты отслеживали командиров и солдат с трубами переносных плазмометов. Но и они несли потери. Бронебойные гранаты разворачивали гнездо, словно оно было из соломинок. Координация боя рухнула. Для каждого солдата начался свой бой.