Уайлдер кивает, и мы стоим в тишине. Я поглядываю то на него, то на дверь, гадая, не пора ли уходить. Но я ловлю себя на мысли, что уходить мне не хочется. Вместо этого я подхожу ближе к нему, и он напрягается, когда я сажусь рядом.
— Как бы там ни было, — произношу я. Он не смотрит на меня. — Ты не должен винить себя.
Уайлдер замирает, и у меня в животе завязывается узел. Я порывисто вскакиваю, но он хватает меня за руку.
— Погоди, — говорит он.
— Я думала, ты хотел, чтобы я ушла? — я смотрю на свою руку в его руке.
— Хотел. — его скрытный взгляд останавливается на моих губах. — Но это было до того.
Я облизываю губы.
— До чего?
Он улыбается.
— Если мы собираемся работать вместе, нам нужны правила.
— Какие?
— Нам следует придерживаться профессиональных отношений.
Уайлдер отпускает меня, но его внимание не покидает моего лица. Он встает и нависает надо мной — так близко, что я чувствую исходящую от него влагу после душа. Он изучает мое лицо, будто не совсем понимает, что со мной делать, а затем его глаза опускаются к моим губам.
— Если хочешь профессионализма, перестань на меня так смотреть, — бормочу я.
Уайлдер отстраняется.
— В следующий раз, когда тебе нужно будет поговорить, напиши мне, — говорит он. У меня всё внутри сжимается.
— У меня нет твоего номера.
— Дай мне свой телефон.
Его пальцы молниеносно порхают по экрану моего телефона.
— Вот, я добавил и номер Джексона тоже.
Конечно, добавил. Он не мог яснее дать понять, что не хочет ничего лишнего между нами. Наверное, оно и к лучшему. Я уеду из города, как только мы найдем письма. Я не могу позволить себе отвлекаться.
— Спасибо, — бормочу я, глядя в телефон. Он откашливается.
— Ты собираешься дать мне свой?
Я открываю приложение камеры, переключаю на фронтальную, делаю снимок и жму «отправить». Телефон Уайлдера вибрирует.
— Теперь у тебя есть мой.
— Мило, — он усмехается, открывая сообщение.
Глава 14
ЛИ
Подъездная дорожка к дому президента ди Сиены переполнена роскошными автомобилями, принадлежащими членам ДВКВНУС. Огромное поместье в стиле современной готики примостилось на краю утеса на острове Ксанта, где находится самая дорогая недвижимость в Бореалисе. Мы плавно останавливаемся, гравий хрустит под шинами. Я дергаю ручку двери, но Уайлдер или Джексон нажимают кнопку блокировки, запирая меня внутри.
— Серьезно? — я дергаю ручку сильнее. Джексон поворачивается ко мне:
— Сначала нужно зачистить периметр, принцесса.
Я хмурюсь:
— Обязательно? Мне нужно поговорить с Эй-Джей до ланча. Мы можем оказаться за разными столами.
— Небо синее? — отвечает Уайлдер. Он не ждет моего ответа.
Оба Клинка выходят из машины. Я выглядываю через тонированные задние стекла на место, которое в детстве было моим вторым домом. Мы с Джианной познакомились в начальной школе Сассекс-Преп. Она высмеяла мою одежду, а я бросила в нее грязью. После этого мы были неразлучны, пока между нами не встал Финн.
Дрожь пробегает по спине; в прошлый раз, когда я была здесь, я помогала Джианне готовиться к их с братом вечеринке по случаю помолвки. Ее мать и тетя суетились над ее прической и макияжем, пока я угрюмо сидела в углу, осушая бокал за бокалом игристого вина, не зная, что через несколько часов моя жизнь изменится навсегда.
Джексон стучит по стеклу:
— Готова? — он открывает дверь машины и предлагает мне руку. Я принимаю ее, и мы вместе идем по усаженной деревьями дорожке к внушительной парадной двери. Уайлдер следует в нескольких шагах позади. Его взгляд мечется влево и вправо, будто он ожидает, что из кустов выпрыгнет нападающий.
В просторном фойе экономка жестом просит мое пальто. Я скидываю его и поправляю мини-платье в стиле жакета с узором «елочка», пока Уайлдер и Джексон неодобрительно оглядывают холеный современный вход. Дому не хватает тепла — как и людям, которые в нем живут.
— Давайте покончим с этим, — ворчу я. Я направляюсь в столовую, откуда доносится самый громкий шум, чтобы найти Эй-Джей. Банкетный стол ди Сиена накрыт на пятьдесят персон: четыре зажженных канделябра, позолоченные тарелки и приборы. Я пришла вовремя, но комната уже переполнена гостями. Все они — женщины из самых богатых семей страны. Одна дама, усыпанная драгоценностями, откупоривает бутылку игристого, и остальные взвизгивают. Я содрогаюсь. Пить игристое на мероприятии по сбору средств для пострадавших от взрыва кажется верхом пошлости, но таков уж ДВКВНУС.