Я ковыряю маникюр. Против терапии я ничего не имею, но знаю, что семья поставит под сомнение ее целесообразность. Меня отправляли в Глаукус на интенсивную терапию на несколько месяцев. В их глазах я должна быть исцелена.
— Что вы предлагаете, Крампс? — спрашивает Дон. Крампс наклоняется, чтобы достать кобальтовую трубку с резиновой пробкой. Дон пододвигается на край дивана, чтобы рассмотреть получше. Я — нет.
— Сегодня я принес новый вид лечения, чтобы вы могли его обсудить. Оно предназначено для таких ведьм, как Ли, у которых возникают трудности с пробуждением силы. Прежний Алтум-целитель Киара Данн разработала его по приказу королевы перед своим увольнением. Я изучил все ее записи. Думаю, это именно то, что нужно принцессе.
Я подавляю смешок. Какое бы лекарство ни было в этой трубке, это не то, что мне нужно. Мне нужен Беннет.
— Что это? — спрашивает Дон. Крампс снимает колпачок.
— Это называется Magicae Excitantis, — произносит он, протягивая трубку мне.
Я смотрю на открытый флакон, и при следующем вдохе огонь обжигает нос, прошибая мозг. Я отлетаю на спинку дивана.
— Что это такое? — глаза начинают слезиться.
— Анис, перец чили и еще кое-какие ингредиенты. Мы прозвали его «Жидкий огонь». — Крампс выпрямляется с гордым видом, будто это он автор работы Киары. Он такой же мерзкий, как и снадобье у меня в руках. — Это совершит революцию на рынке, — заявляет Крампс.
— Как оно работает? — спрашиваю я, тяня время.
— Ну, для начала, «Жидкий огонь» дает толчок спящей магии, подобно тому как дефибриллятор запускает сердце пациента при его остановке.
У меня пересыхает во рту.
— Это безопасно для нее? — голос Дона дрогнул.
— Средство прошло все первичные тесты на безопасность, — отвечает Крампс.
— Звучит многообещающе. — Дон проводит рукой по щетине на челюсти. — Верно, Ли?
— Мне нужно принимать это с едой? — спрашиваю я так, будто не собираюсь смыть это в унитаз.
Крампс обдумывает мой вопрос.
— Нет. Вы можете принять его прямо сейчас.
— Сейчас?
Широкая ухмылка Крампса занимает половину его лица.
— Больно будет лишь совсем чуть-чуть.
— «Чуть-чуть»?
Крампс откупоривает «Жидкий огонь». Он наливает столовую ложку в пластиковый стаканчик. Жидкость красная, как лава, и, кажется, готова испепелить меня изнутри.
— Разве нам не стоит подождать королеву? — спрашиваю я.
Дверь открывается, и в проеме показывается кудрявая голова Джексона — мой чертов герой. Я издаю долгожданный вздох, а затем поспешно стираю выражение облегчения с лица, пока Дон или Крампс ничего не заметили.
— Прошу прощения, что прерываю, Ваше Высочество, но к вам пришел Беннет Грей, — говорит Джексон.
— Это не может подождать? Доктор еще не закончил работу, — произношу я, но глазами умоляю его сказать «нет».
Джексон сообразителен.
— Боюсь, что нет. Он говорит, это срочно.
Я поднимаюсь на ноги.
— Ну, раз такое дело… Крампс, нам лучше перенести нашу встречу.
Крампс переводит взгляд с меня на лекарство в своей руке.
— Вы могли бы принять это прямо сейчас.
Я бледнею.
— И рискнуть тем, что вас не будет рядом, чтобы проконтролировать последствия, если что-то пойдет не так?
— Ли права, — говорит Дон, наблюдая за мной. — К тому же, я сам хочу изучить этот «Жидкий огонь».
— Да, Ваша Светлость. — Крампс торопливо убирает оборудование в свою кожаную медицинскую сумку. — Буду ждать ваших распоряжений.
Дон встает, разглаживая складки на брюках. Крампс кланяется нам и выходит из комнаты.
— Я поговорю с королевой об этом «Жидком огне», — говорит Дон.
— Мне это кажется подозрительным, — замечаю я, снова садясь.
— Мне тоже, но Крампс уверен, что это сработает.
— Посмотрим, что скажет бабушка Джорина.
Дон уходит. Мгновение спустя входит Беннет. Он садится на место Дона. На нем черные брюки, заправленные в стильные черные сапоги, и белая рубашка навыпуск под черным свитером с круглым вырезом. Когда-то от него у меня порхали бабочки в животе, но теперь меня подташнивает.
— Это был Алтум-целитель? Как ты себя чувствуешь? — спрашивает Беннет.
— Нормально. Скажи мне, что у тебя есть хорошие новости об «Эос».
Взгляд Беннета скользит к Джексону; его янтарные глаза прикованы к охраннику, словно он оценивает степень угрозы. Обоим пора бы остыть. Я вполне способна сама справиться с Беннетом.