Гордость адаптантов. Специалист по современным технологиям и главный советник круга семерых в разработке любой стратегии. Гений с чудовищно отвратительным характером и длинным, всегда метящим в самые уязвимые места языком.
Дочь предательницы, бывшей невесты его отца, сбежавшей со свадьбы, а по прошествии семнадцати лет размозжившей череп несостоявшемуся мужу. Дрянь, выбравшая его в качестве цели для отработки убогого чувства юмора и выпившая из него все соки.
Единственная из всех, кто пробралась за все его барьеры и неоднократно жалила в самую душу с таким остервенением, что однажды Лекс перешел собственные границы и почти успешно заставил ее заткнуться навсегда.
Кэли Арман.
— Кэл, — ошарашенно прохрипел Майлз.
— Здравствуй, Майлз. Это я заберу, — Арман подняла с земли обе палочки и встала. — Я знаю, что у вас есть другое оружие, вы можете его оставить — как извинение за это недоразумение. Мы слишком давно не виделись, чтобы доверять друг другу, но обещаю, что на моей территории никто не причинит вам вреда. Отпустить.
Лекс скинул с себя руку ослабившей хватку суки, которую, видимо, звали Ноа, и поднялся, стирая с шеи тонкие струйки крови. Его привлек новый хруст веток, и Арман расплылась в ехидной улыбке.
— Ты не поверишь, — хохотнула она с легким налетом веселья.
Следом на землю так же, как до этого она, беззвучно спрыгнула крупная грациозная рысь.
Не может быть.
Видимо, за ними по пятам шло именно это существо, которое было достаточно мелким и шум передвижений не привлек внимание. Они даже не подумали об этом.
Потому что это почти невозможно.
Лекс знал всего два рода магов, которые смогли овладеть этим видом магии — трансформационной. Она была слишком тонкой и сложной, чтобы стать достоянием каждого заурядного волшебника. Даже для его семьи, всегда выделяющейся своими способностями, трансформация в животное так и осталась за гранью возможностей. Среди адаптантов, насколько ему было известно, волшебники с такими навыками встречались еще реже.
Закрутившийся вихрь магии обращения через мгновение открыл вид на парня, стоящего на согнутом колене. Лекс уставился на него, выцепляя серые оттенки одежды, покрывающей подтянутое, гибкое тело, и в момент, когда тот поднялся, задержал дыхание, видя на лице, которое пересекала скрывающая правый глаз повязка, черты еще одного покойника.
— Кей, — прошептал он, живо вспоминая, как бродил по руинам и пропускал сквозь пальцы пепел, предполагая, что это — останки его друга.
— Вы за эти годы так сильно опаршивели, что издали вас вообще не узнать, — Кей обвел взглядом всех присутствующих и растянулся в пробравшей до дрожи своей жуткостью ухмылке. — А жаль, успели бы подготовить вечеринку. Не каждый день встречаешь того, кого давно похоронил.
Глава 2
Лекс медленно шел вперед шаг в шаг с Арман и не спускал настороженного взгляда с ее спины. Из-под капюшона виднелся разноцветный многоликий рисунок, навевающий фрагменты их общего прошлого, и он не отрывался от изображения танцующих языков пламени, которые, казалось, вот-вот пожрут искрами ткань куртки.
Их путь лежал в обратную сторону, но по более кривой траектории, из чего Лекс сделал вывод, что они с Майлзом и Гленис каким-то неведомым образом обогнули пристанище, где прятались их бывшие друзья. Он предположил, что их перехватили только сейчас исключительно потому, что выбранный ими маршрут не коснулся лагеря, а в темноте навеять жути и застать врасплох удобнее. Арман и Кей стали неплохой командой, раз уж организовали столько людей.
Группа двигалась уже довольно долго, сохраняя полное молчание, и в гнетущей тишине леса, больше не нарушаемой криками отошедших ко сну животных, легкий шелест веток от ступающей по ним крупной рыси слышался отчетливее. Лекс никак не мог смириться, что сразу не распознал этот звук. Ему давно не случалось так сложно воспринимать поражение, и это не давало покоя. Он пытался списать это на неприязнь к Арман, но сейчас все, что стягивало сухожилия в тонкие струны, способные порваться при малейшем усилении напряжения, ощущалось так… словно не по-настоящему его. Однако амок должен спать еще несколько недель минимум, и то, что лицезрение уверенно рассекающей темноту известного ей до мелочей маршрута Арман заставляло все его существо нервничать, настораживало.
То ли с ним что-то не так.
То ли с ней.
Даже замыкающая их шествие бледная сука, чуть не вспоровшая ему горло, не отвлекала Лекса от Арман. Он прислушивался к ее едва различимым шагам, стараясь предвидеть любое лишнее движение, но в фокусе держал именно ту дрянь, что однажды испортила ему жизнь и, как нашептывал внутренний голос, сделает это снова. Причем в этот раз от нее стоило ожидать большего, чем просто язвительные комментарии, за которые хотелось влепить оплеуху.