— Кристалл не добирается до амока, а отрезает носителя. Он притупляет твое восприятие, поэтому ты его не слышишь до тех пор, пока держится эффект. Он всего лишь ослабляет тебя. Воздействие Ноа происходит напрямую и не приносит с собой негативных последствий для тебя, — продолжила повествование Арман, выйдя под яркое освещение солнца. — Она не бьет по тебе, а усмиряет амока. С твоим восприятием при этом ничего не происходит, силы притупляются гораздо меньше, и ты можешь их использовать, если владеешь навыками. Она лишь ослабляет зло до того состояния, которое не позволяет ему руководить твоими эмоциями.
Пока она говорила, они успели подойти к ограждению трассы, и, уперев обе ладони в бордюр, Арман ловко через него перепрыгнула. Лекс повторил за ней и последовал дальше, не став задавать вопросов о том, что им понадобилось на дороге, полностью заполненной автомобилями, половина из которых находилась в ужасном состоянии. Пока Арман готова озвучивать что-то важное, злить ее повтором навязчивых вопросов — не самая лучшая идея. Поругаться еще раз они обязательно успеют позже, скрывшись за пределами опасной территории, на которой слишком просто привлечь нежелательное внимание.
— Но он все равно… — Лекс замялся на несколько мгновений, не уверенный, что стоит это озвучивать, но все же продолжил: — влияет.
— Из-за меня, — пояснила Арман, обогнув автомобиль и приблизившись к следующему. Остановившись, она выудила из рюкзака ключи и открыла переднюю дверь. — Когда встречаются два близких по силе меченых, они всегда вступают в противостояние за лидерство. Угроза подстегивает амоков, и они начинают быстрее развиваться, выходя на пределы своих возможностей. После очищения обычно становится легче на несколько месяцев, но постепенно зло становится сильнее и способно вновь наладить связь. В экстренных условиях это происходит быстрее. В наших с тобой — почти моментально. Амок все еще слаб, чтобы перехватить контроль — для восстановления этого уровня нужно больше времени, — но общаться и влиять на нашей стадии он вполне способен почти при любом раскладе сил.
— И это возвращает нас к вопросу о том, что чувствуешь ты.
— Я хочу тебя убить, — как само собой разумеющееся произнесла она, пожав плечами, и скрылась в поисках чего-то внутри машины.
Полная брехня.
Лекс прекрасно знал, что желание причинить боль притупилось не только с его стороны. Оно все еще появлялось в моменты столкновения острых, как свеженаточенный кинжал, реплик, но в остальном осталось лишь неясным, почти туманным фоном.
— Кей, — позвала Арман через минуту, в которую увлеченно копалась в бардачке автомобиля, и тот откликнулся, как раз приблизившись к ним на достаточное расстояние.
Она вынырнула из машины и бросила ему пачку сигарет, которую тот сразу перехватил, улыбнувшись.
— Фил никогда обо мне не забывает, — довольно протянул Кей, убирая пачку в карман.
— И никогда не забывает нарушать мои правила, — процедила Арман, демонстративно покачивая на ладони небольшой сверток.
Приблизив тот к носу, она показательно поморщилась и, выудив из кармана простенькую зажигалку, чиркнула, воспламеняя крохотный бумажный пакет.
— Эй! — возмущенно воскликнул Кей, ткнув указательным пальцем в ее сторону. — Ты лишаешь меня всех радостей жизни.
Лекс скривился, почувствовав сладковатый запах от осыпающегося на землю пепла. Он видел пару раз, как эта дрянь влияет на людей. Им сейчас только неадекватного обкуренного торчка не хватало для полного счастья.
— Где он умудрился достать марихуану, Верджил? — грубо спросила Арман, отпустив сверток догорать.
Сделав два шага, она толкнула Кея плечом и подошла к багажнику. Распрямив большую карту, которую нашла в машине, она разложила ее на поверхности, прижимая края ладонями. Подоспевшая Ноа зафиксировала один угол, на что Арман благодарно кивнула, но вставший по другую сторону и сделавший то же самое Кей не получил от нее благодарностей, а оказался награжден лишь злым взглядом.
— Я тебе не скажу, — промямлил он. — Тогда Фил перестанет меня снабжать. Конец света отлично подходит, чтобы поддаваться примитивным желаниям организма. Когда, если не сейчас?
— Как дети малые, честное слово. Радуйся, что Чейз об этом не узнает, он бы выбил из вас обоих за увлеченность дурью всю дурь, — покачала головой Арман и, посмотрев на карту, нахмурилась. — Место, Двэйн.