Ноа после всего, что ей пришлось пережить в Склепе, выросла в очень черствого человека. Социальные связи ей не давались, Ноа относилась ко всем настороженно, а любовь и привязанность не умела выражать совершенно. Ее никто не научил относиться к окружающим с нежностью. Она была лишена любого проявления теплых чувств, разлученная с родителями и все время находящаяся в боевых условиях. Всех детей ее клана тренировали военные, пытаясь за счет увеличения физической силы повысить магическую для проверки гипотезы зависимости между этими параметрами. Из Ноа вырастили бойца, и ей лишь каким-то чудом удалось сохранить в себе крохи доброты, которые она расходовала очень избирательно.
После того, как потеряла всю свою семью, — особенно.
Очень редкие люди могли выдержать характер Ноа. Она же вообще предпочитала не подпускать никого близко, сделав исключение только ради Кэли, страдания которой понимала лучше своих собственных, и Кея, который в силу своих возможностей мог понять ее тогда, когда она позволяла, и единственный был способен облегчить ее боль, забрав ее себе.
Кей позволял Ноа избавляться от эмоций, которые могли свести ее с ума. Ноа позволяла Кею прочувствовать давно забытое, чтобы хотя бы иногда вспоминать, каково быть живым человеком, а не бездушной куклой, плюющей на все с высоты Эвереста.
— Что вы в очередной раз не поделили с самого утра? — со смешком спросила Кэли, стоило им приблизиться.
— Его настолько пугает вид крови, что он требует экстренного лечения, — фыркнула Ноа, тряхнув рукой. — Но мы не будем рисковать ради одной царапины.
— Что случилось? — обеспокоенно спросила Кэли.
— Не начинай, — закатила глаза Ноа, но руку продемонстрировала. Не заметив ничего критичного — всего лишь несколько уже почти затянувшихся царапин, — Кэли вопросительно посмотрела на Кея, но тот пожал плечами. — Там магазин огорожен колючей проволокой. Какой идиот это придумал?
— Тот, кто защищался от мародеров, — вставил Кей. Кэли нахмурилась, на что он покачал головой, поняв незаданный вопрос без слов. — Мы проверили. В поселке пусто. Скорее всего, там кто-то окопался в самом начале, но кто бы это ни был, он уже мертв. Мы нашли несколько трупов — они давние.
— Кто бы они ни были, стоит сказать им спасибо, — Ноа запустила здоровую руку в рюкзак, достала крохотный пакет и передала его Кэли.
Кэли быстро осмотрела содержимое, довольно улыбнулась. Лекарства. Прямо-таки золото их мира. Достать обезболивающие и антибиотики уже давно стало сложнее всего — их расхватывали в первую очередь. С пропажей медицины люди гораздо чаще стали умирать от самых обыденных заболеваний.
— Кто бы мог подумать, что мы станем зависимы от таблеток, — пробубнил себе под нос Майлз.
— И от этого, — добавил Кей и достал из своего рюкзака несколько банок с консервами. Бросив две из них Майлзу, он отставил остальные на пень рядом. Посмотрев на Кэли, он сделал страшные глаза. — Танцуй.
— Шоколад? — предположила она и сразу получила подтверждение радостным кивком Ноа.
— Не только, — та достала из своего рюкзака то, чего они не видели уже… месяца три? Кофе. — Представь его запах.
Ноа перебросила банку Кею и кивнула Кэли в сторону проема в здании, намекая на необходимость поговорить. Парни отошли дальше, присоединяясь к Двэйну и Гленис, издали следящих за их непродолжительным разговором. Убедившись, что их никто не сможет услышать, Кэли посмотрела на Ноа со всей внимательностью, заходя вслед за ней под крышу временного убежища.
— Ты в норме? — обеспокоенно спросила та, отбросив от себя все намеки на веселость. Когда Кэли кивнула, она все равно мимолетно коснулась ее щеки, чтобы убедиться. — Извини, я думала, ты поспишь подольше.
— По утрам легче всего, — постаралась успокоить Кэли. — К тому же она вроде как решила помочь, если я соглашусь пойти у нее на поводу.
— Решила вернуться из своего отпуска? — нахмурившись, проговорила Ноа. — Хороший знак.
— Или плохой, — покачала головой Кэли. — Ей что-то нужно. Она специально это допускала, чтобы я прочувствовала на контрасте, что будет, если я не подчинюсь.
— Чего хочет? — отрешенно спросила Ноа, достав из кармана бинт.
Подцепив кончик зубами, она начала туго обматывать его вокруг ладони, скрывая под непривычно чистой тканью свежие неглубокие царапины.