— Самое страшное, с чем сталкиваются меченые, — далеко не ярость и не угроза обращения.
— Откуда тебе знать, — вновь не сдержал он грубого тона.
— Именно. Такое можно понять, только прочувствовав на себе. Самое страшное, с чем сталкиваются меченые — одиночество. — Лекс резко вскинул голову и окунулся в тепло ее мягкого взгляда. — Никто из нас не может тебя понять, но Кэли это по силам. Просто дай ей шанс стать не просто средством достижения цели, но, быть может, твоим другом?
— Это невозможно, — устало произнес он, впервые позволив себе откровенно продемонстрировать то, насколько его вымотали последние недели. — Это, знаешь ли, не односторонний процесс.
— Конечно, нет, — ласково проговорила Гленис. — Именно поэтому рано или поздно одна из сторон должна перестать вести себя как мудак. Тогда, быть может, и вторая сторона решит, что всегда быть сукой совсем необязательно.
— Арман не спустила бы тебе этих слов, — хмыкнул Лекс, и девушка скрасила тишину трелью своего смеха.
— Очень может быть, — с расстановкой произнесла она, кивая на каждое слово. Осмотревшись по сторонам, она на мгновение замерла, а следом удивленно воскликнула: — Смотри!
Лекс проследил за ее взглядом и, остановившись на показавшемся из-за обломков темно-рыжем пятне, сдвинул брови.
— Откуда она здесь? — спросил он, наблюдая за осторожно перемещающейся поджарой лисой, которая подбиралась к ним, подергивая хвостом и лавируя между крупными обломками камней. — До леса несколько миль.
— Красивая, — восторженно прошептала Гленис, проигнорировав вопрос.
Дождавшись, когда животное подойдет ближе, она протянула руку, приманивая его к себе, но Лекс, резко перехватив ее за запястье, дернул обратно.
— Это хищник, — настойчиво произнес он, когда Гленис недовольно поджала губы. — Голодный непредсказуемый хищник.
Он снова перевел взгляд на лису, которая настороженно за ними наблюдала, усевшись буквально в трех шагах, и принюхивалась, забавно шевеля носом. Порыв ветра всколыхнул пыль, и вместе с достигшим обоняния запахом разрушений Лекс почувствовал, как из глубин солнечного сплетения рвется тревожный сигнал.
Он не заметил его зарождения, отвлекшись на разговор и приняв растущее напряжение внутри за недовольство. Его расслабило то, что за долгие недели он практически забыл, как инородное присутствие начинает шевелиться в груди пробуждающимся зверем, и чуть не упустил тихий шепот, твердящий одну и ту же фразу.
Опасность.
— Что-то не так, — бросил Лекс, поднимаясь.
Гленис тоже быстро подорвалась, но от двух стремительных движений животное даже не насторожилось, что напрягло еще больше.
— Кэли? — спросила девушка, озираясь по сторонам.
— Нет, — без капли сомнений ответил Лекс, прижимаясь к ней спиной и не оставляя со своей стороны ни единой мертвой зоны. Не обнаружив в паническом предупреждении ни намека на волшебство, он прошипел: — Лишенные.
— Близко?
— Очень, — раздраженно констатировал он, костеря себя всеми возможными грязными словами за то, что расслабился до такой степени, чтобы их подпустить.
Теперь он мог их различить. Четверо. Все чрезвычайно близко.
Послышался шелест борьбы, из-за стоящего напротив здания вывалился мужчина, и появившийся вслед за ним Майлз ударил его ступней под колено и, стоило тому упасть, схватил его за волосы, потянув на себя. Блеснувший клинок тут же впился в горло мужчины, продавливая белую полосу.
В этот же момент Лекс за секунду до звука над головой смог засечь еще двоих. Дернувшись, он успел отскочить от спрыгнувшего с крыши мужчины и, крутанувшись в подсечке, заставил того рухнуть. На чистых инстинктах, не задумываюсь, он рванул тело на себя и передавил горло брыкающегося мужчины сгибом локтя, практически полностью перекрывая кислород. Посмотрев на Гленис, он заметил, что та не успела среагировать на второго и широко открытыми глазами смотрела прямо в направленное ей в лицо дуло пистолета.
Лекс моментально отбросил обездвиженного мужчину себе под ноги и, поднявшись, молниеносно выставил обе палочки в стороны, нацеливая их на противников.
— Вы будете умирать долго и мучительно, — на грани рыка произнес он, переводя взгляд с одного на другого, и следом уставился между ними, определив местоположение последнего.
Через мгновение раздались размеренные аплодисменты, и из-за угла стоящего слева здания показался мужчина. Он выглядел моложе остальных, за исключением самоубийцы, решившего наставить на Гленис ствол. Лекс быстро изучил силуэт, выискивая детали, способные рассказать о противнике.
Мужчина на вид был старше их компании лет на десять. Зачесанные назад светлые волосы покрывала грязь, которая позволяла теряться яркому пятну на фоне серых стен, а одежда намекала на военное прошлое. На его плече болтался толстый ремень, фиксирующий переброшенную за спину штурмовую винтовку, на бедрах виднелись кобуры двух пистолетов, а из уха спускался закрученный спиралью проводок, уходящий в нагрудный карман к выпирающей рации.