Стоило ему скрыться в помещении, как до оставшихся на улице донесся отвратительный скрип костей. Кей вздрогнул и, дернув головой, уставился на главного, который тем временем снял винтовку с плеча и, сделав два шага назад и оперев ее на свою ногу, полуприсел на руины, оставшиеся от стены одного из зданий. Лиса крутанулась вокруг своей оси и, проследовав за хозяином, разместилась у его ног.
— Лекс, отпусти своих людей и подожди минутку, мы разберемся с вашим знакомством чуть позже, — произнес Кей сквозь зубы. — Ты назвал этим именем мертвого ребенка? — обратился он уже к мужчине еще злее. Крылья его носа дернулись, словно он вдохнул аромат падали.
Лекс нахмурился, уловив новый виток накала атмосферы и, повернувшись к Гленис, тихо сориентировал ее о дальнейших действиях. Проследив, как девушка подходит к Майлзу и, передав его слова, утягивает его подальше от «временного приюта», Лекс вновь обратил взор к мужчине.
— Отличное имя, — пожал плечами тот и, достав из кармана пачку, вытянул сигарету зубами.
Дождавшись, как его группа скроется в здании, в котором пряталось убежище, он чиркнул зажигалкой и, глубоко затянувшись, посмотрел на Кея исподлобья.
— Злопамятный ублюдок, — прошипел тот.
— Не суй свой бесчувственный нос в дела взрослых, — с убивающим спокойствием ответил мужчина.
— Ты труп.
— Да неужели? Я слышал это сотни раз, но, как видишь, я все еще здесь, — насмешливо произнес мужчина, картинно разведя руки, и, затянувшись, выпустил несколько колец дыма, задрав голову. Но следом он нахмурился и, выдержав недолгую паузу, задал еще один вопрос, прозвучавший гораздо серьезнее предыдущего: — Где она?
— Охраняет Ноа, пока она заканчивает с барьером, — пояснил Кей. — Мы были в полумиле отсюда, когда вы пересекли границу. Я узнаю твою гнилую ауру даже при смерти. К счастью, мне хватило времени.
— Почему не сама?
— Экономит силы. Да и побоялась навредить. Понадеялась, что ситуация не критична.
— Защитный барьер? — спросил мужчина.
— Сигнальный, — уточнил Кей.
— Вы явно пришли не день рождения Ноа отпраздновать. Меня расстроит цель вашего визита?
— Разозлит, — прозвучал краткий ответ.
Мужчина высказал такое количество грязной брани, что будь Лекс понежнее, у него отсохли бы уши. «Упрямая сука, вечно пытающаяся сдохнуть» оказалось единственной более-менее цензурной характеристикой, брошенной, без сомнения, в сторону Арман.
Замолчав и посмотрев на Лекса, мужчина склонил голову набок, ощупывая его силуэт, и, задержавшись на выглядывающей из-под ворота толстовки метке, отбросил от себя недокуренную сигарету.
— Поговорим внутри, — подхватив винтовку и поднявшись, он стремительно скрылся в проеме, оставив их с Кеем наедине.
Лиса подорвалась и убежала вслед за ним.
Кей громко выдохнул, стоило перестать раздаваться шагам за покрытой глубокими трещинами и толстым слоем пыли стеной. Заняв место покинувшего их мужчины, он посмотрел себе под ноги, поджав губы. Лекс пнул камень и под звук постукивания о землю встал напротив.
— Кто-то из ваших? — спросил он скорее для проформы.
Близкое знакомство с появившимися мужчинами не заметил бы только кретин с полным отсутствием интеллекта. Лекс и сам бы догадался, если бы вовремя проанализировал услышанное про туман.
Это же было на поверхности, лежало перед его глазами.
В последнее время ты слишком туго соображаешь.
— Те самые разведчики, — кивнул Кей. — Отщепенцы. Выскочка с гнилым языком — Фил.
— Он не в восторге от встречи.
Лекс обошел Кея и, присев рядом, обернулся через плечо, высматривая своих людей, но они досконально выполнили приказ, скрывшись на окраине бывшей строительной базы.
— Ошибаешься. Он тащится от каждой возможности выбесить Кэли, — возразил Кей и устало вздохнул. — Молодец, что не стал провоцировать. Эхо не промахивается и больше всего в жизни хочет выслужиться перед Филом. Она убила бы всех, если бы он захотел. Чокнутые.
— Он много знает о меченых… — многозначительно проговорил Лекс.
— Фил?
— Весьма интересно было прослушать про испепеленные пули.
— Ты после получения метки ни разу не попадал под огнестрел? — спросил Кей и продолжил, заметив, как Лекс вместо ответа потирает плечо, хранившее рваное воспоминание: — Не пытался, значит?
— Меня ранили всего через полтора месяца после получения метки, — уклончиво ответил Лекс, избежав подробностей.
Даже если бы он знал, что меченые способны бороться с выстрелами каким-то образом, в то время его зло еще только вступало в свои права и вряд ли могло предотвратить ранения, которые он перенес в ту судьбоносную встречу.