Он крепче обхватил ее ладонь, и ее взгляд постепенно стал проясняться. Вместе с ним менялся и окружающий фон — удушливая боль отступала, прячась по углам до следующего страшного воспоминания. Амок нашептывал о том, что, если убрать одеяло, эффект усилится, но Лекс всеми силами отмахивался от голоса, делающего мимолетные желания навязчивыми. Он удерживал в памяти то, что Арман верит в его способность это контролировать. Цеплялся за этот факт зубами и когтями, не позволяя себе даже мысленно признаться в том, что не так уж и хочет что-то контролировать.
Вновь становилось тепло.
Лицо Арман полностью расслабилось, и тогда становящаяся приятной атмосфера в очередной изменилась. Очень резко. Почти в реальности послышалось, как с громким треском створок сталкиваются друг о друга врата доверия.
Арман широко распахнула веки, а на языке стало вязко от кислоты страха. Она отшатнулась и рывком вытащила свою ладонь из-под его, оставив после себя холодную пустоту. Подскочила, напугав Нуки, которая, взвизгнув, метнулась к углу кровати. Еще пару секунд с неверием смотрела на Лекса и, уведя ошарашенный взгляд вниз, почти мгновенно натянула сапоги на костлявые икры. Быстро подойдя к выходу, она схватилась за поржавевшую ручку и, замерев, шумно выдохнула.
— После этого Маркус меня бросил. В следующий раз мы встретились через месяц, и он попытался меня убить, — она произнесла это очень холодно, но способность распознавать то, что творится внутри души меченого, не позволила обмануться. — Вот так все закончилось.
Она открыла дверь и издала причудливый фыркающий звук, услышав который Нуки тут же спрыгнула с кровати и засеменила к выходу. Они обе скрылись из виду, обозначив свой уход оглушительным хлопком.
Последние слова прозвучали как-то неправильно.
Не как рассказ о прошлом.
Это было предостережением.
***
Лекс совершенно не понимал, как у Ноа это получается. Ее нефритовые радужки были очень красивыми, завораживающими, но каждый раз, когда она смотрела в его сторону, у него создавалось впечатление, что на него пялятся самые отвратительные глаза во вселенной. Его будто насквозь прошивало тонкими иглами.
Скрестив руки на груди, Ноа не отвлекалась от него ни на секунду, притоптывая по чавкающей земле. Она неотрывно следила за малейшим его движением, игнорируя подначивания Кея, пытающегося разрядить обстановку.
А Лекс молча смотрел в ответ, прислушиваясь к тому, что творится за девушкой.Она стояла, прижавшись спиной к двери рычащего внедорожника, в котором на переднем пассажирском сиденье притаилась Арман, отравившая атмосферу холодным отстранением.
Закрылась.
Предсказуемо.
Свалившая на него в очередной раз ответственность Ноа раздражала до дрожи, и Лекс старался не допустить того, чтобы с губ сорвалось хоть одно язвительное слово. Не самое подходящее время для того, чтобы вступать в очередную перепалку с девчонкой, решившей, что он — виновник всего происходящего вокруг дерьма.
За спиной зашаркали шаги, и, обернувшись через плечо, Лекс узрел силуэт Фила. Тот на ходу натягивал куртку, выходя из убежища. Дернув молнию, он широко зевнул и протянул руку к Кею. Тот выудил пачку сигарет, и Фил, закурив, осмотрел собравшуюся компанию.
— Ее бешеное величество где? — вскинув бровь, спросил он, выдыхая дым себе под ноги. Ноа отступила и постучала костяшками пальцев по окну. Стекло со скрипом опустилось. — Доброе утро, принцесса.
В проеме показалась тонкая ладонь, и Арман отсалютовала двумя пальцами.
— Она не в духе, — пробормотала Ноа, вновь бросив на Лекса красноречивый взгляд.
Он лишь качнул головой, удерживая себя от колкости. За долгое время, проведенное с этими людьми, он впервые собирался выбраться с ними куда-то без поддержки друзей, и приходилось прикладывать слишком много усилий, чтобы не начать защищаться привычными способами. Гнилью в репликах, в первую очередь.
— Ничего нового, — хохотнул Фил и, подойдя к капоту внедорожника и зажав сигарету уголком губ, ловко выудил пистолеты. — Итак, детишки, перед тем как вы сядете в мою машину, пройдемся по основам.
Он замолчал, вытаскивая магазины из стволов. Сделав несколько манипуляций, он вновь спрятал пистолеты.
Обернувшись, Фил задумчиво проскользнул взглядом по собравшейся компании, задержавшись на внешне равнодушном Лексе, и, перехватив сигарету, стряхнул пепел себе под ноги.
— Во-первых, не спорить с тем, что вас попросят оставить оружие на входе, — крайне серьезно начал он.
— Но… — попыталась возразить Ноа, схватившись за рукоять клинка на левом бедре, однако тут же была прервана резким тоном: