— Мы уже позволили шавкам Джека меня почувствовать, так что он будет заинтересован. Ослабленные полуголодные меченые не смогут определить, что я не одна, это даст преимущество, — Арман вновь снизошла на презрительный тон, но в этот раз Лекс чувствовал, что это презрение направлено не на него. — Вот зачем он позвал тебя с нами, Двэйн. Чтобы Джек подумал, что его меченые чуют тебя, а не меня.
Фил красноречиво закатил глаза, точно так же уловив, кого своим «учительским» тоном осуждает девушка. Сделав к Лексу несколько шагов, он пристально уставился ему в глаза.
— Джек не пойдет против меня, тем более не пойдет против Кэли — он прекрасно знает, что за нее наши развяжут войну. Джек до ужаса боится Чейза и знает, что в случае конфронтации медики тоже подключатся и встанут на нашу сторону. Тебе ничего не угрожает, но все еще можешь отказаться.
Фил произнес все это крайне серьезно, впервые представ кем-то, кто не бросает вызов не тем противникам или не дурачится во все остальное время. По-настоящему включил лидера, и это отозвалось противоестественным уважением.
Лекс покачал головой, уже давно приняв решение. Быть может, это и становилось чем-то на грани самоубийства, но он все равно собирался рискнуть. Не только потому, что однажды Арман ткнула его носом в то, что держать слово — в их случае обязательное условие, чтобы случайно не убить друг друга.
Сегодняшний день ощущался переломным.
Лекс понятия не имел, к чему все это приведет, но в его воображении следующий шаг позволит преодолеть какой-то очень серьезный барьер в череде тех, которые в последнее время ему отчаянно не хотелось перед собой видеть.
— Так и думал, — Фил потянул уголок губ вверх, а следом резко обернулся к внедорожнику. — Ты сделала? — Арман не среагировала, и тогда он, громко цыкнув, сам подошел к внедорожнику и заглянул в окно. Раздался шорох, и увиденное заставило его замереть. — Ты так поняла просьбу «не привлекать внимания»?
— Люди запоминают то, что им слишком очевидно навязываешь, и даже не задумываются о том, что ты можешь прятать, — приглушенно произнесла она. — Нас в любом случае срисуют. Яркий цвет останется в памяти.
— Тебе не идет, — хмыкнул он.
Из окна вытянулась костлявая рука, и Арман молча отставила средний палец, на что Фил хрипло хохотнул. Он приманил остальных мановением руки и, обогнув автомобиль, скрылся за дверью на месте водителя.
Дождавшись, когда Кей и Ноа разместятся на задних сиденьях, Лекс занял положение за Арман, с облегчением ловя себя на мысли, что сейчас рад отсутствию возможности ее видеть. Скорее всего, сложись обстоятельства иначе и не займи Кей место у другого окна, он безостановочно косился бы, пытаясь получить хоть какую-то отдачу.
И злился бы. Точно злился.
Когда Фил нажал на газ, пробуксовав на месте по грязи, в проем между сидениями просунулась тощая рука. Сидящая в центре Ноа взяла лежащий за ее спиной рюкзак и, достав оттуда плеер, передала.
— Я стащила у тебя батарейки, — пропав из зоны видимости, произнесла Арман.
— Сколько? — спросил Фил, выворачивая руль.
— Шесть.
— Могла попросить, — осудил тот.
— Могла.
С последней репликой по салону разнесся приглушенный звук бодрой мелодии, засвидетельствовавший, что Арман предпочла полностью отключиться от окружающих.
Несколько минут, в которые Лекс следил за бегущим за окном пейзажом, царило полное молчание, но, стоило им выехать на трассу, как Фил заговорил.
— Ноа?
— Нет еще.
Лекс повернулся к ней и заметил, как девушка напряглась. Она пристально смотрела вперед и, устремив взгляд туда же, он уловил их с Филом переглядывания сквозь поверхность зеркала заднего вида.
— Хватит, — жестче заявил тот.
— Позже, — она обеспокоенно скосилась на Арман, но, видимо, та действительно полностью абстрагировалась, потому что девушка немного расслабилась, перестав крепко сжимать ткань своего плаща.
— Не расскажешь ты, расскажу я.
— Ты этого не сделаешь, — панически залепетала Ноа, возвращая внимание голубым глазам в отражении. — Если ей расскажу не я, она никогда меня не простит.
— И правильно сделает.
— Позже.
— Ноа! — прикрикнул Фил, резче чем необходимо дернув руль при перестроении на полосу, позволяющую объехать несколько разбитых автомобилей на крайней правой.
— Дай ей пожить нормально еще один гребаный день, Шейн! — Ноа тоже сорвалась на повышенный тон. — Я расскажу, когда вернемся. Обещаю.
— Успех этого мероприятия становится все достижимее, — ядовито прокомментировал Лекс, скривившись оттого, что новые подробности заскребли где-то на уровне солнечного сплетения.