Лекс отследил, как бородатый отходит на несколько шагов, достает крупную рацию из импровизированной будки пропускного пункта, сооруженной из видавших виды досок, и что-то говорит, скорее всего оповещая о том, что «маяки» почуяли не амоков. Через несколько мгновений раздался скрежет ответа, но расслышать его не удалось.
— Проезжай, — убрав рацию, мужчина махнул рукой.
— Как прошла ваша вылазка? — задал очередной вопрос Фил, указав на стоящий за воротами бензовоз.
— Детройт полностью выкачали, Джек рвет и мечет, — вновь подойдя ближе, ответил тот сокрушенно и небрежным движением прошелся по короткому ежику на голове. — Придется в следующий раз гнать до Чикаго, будь он проклят.
— Там вроде амоки лежбище устроили? — поинтересовалась Арман крайне вежливо.
Лекс едва сдержался от едкого смешка.
— Ходят слухи, — бородатый ответил ласковой улыбкой, обнажив несколько золотых зубов, сверкающих между остальными — потемневшими. — Тебе там точно нечего делать, красавица, можешь остаться с нами, и такие вопросы перестанут тебя волновать, — не дождавшись от девушки, хладнокровно рассматривающей пейзаж за забором, никакой реакции, он вновь удостоил взглядом Фила. — В сторону Индианы не совались?
— Мы предпочитаем не разоряться на такие расстояния, — покачал головой тот и дернул подбородком в сторону автомобиля, призывая всех вновь рассесться по выделенным местам.
Даже сквозь неплохую звукоизоляцию во внедорожнике удалось расслышать скрип открытия ворот.
— Сколько их? — тихо спросил Лекс, наблюдая через стекло за тем, как мужчины расслабляются и смеются, обмениваясь репликами.
Один из них кивнул в сторону автомобиля в тот момент, когда они преодолевали проем высокого решетчатого забора, и красноречиво дернул бедрами, отчего к горлу подступил тошнотворный ком.
Животные.
— Точно не знаю, не меньше двух сотен, — ответил Фил, выруливая на узкую дорогу, щедро усыпанную гравием.
— Неплохо, — присвистнул Лекс.
— Среди всех северных штатов эта группа самая крупная и у них лучшие условия, — отрешенно пробормотала Арман. — Если не считать нас, именно они в большей безопасности. Люди легко продаются за спокойную жизнь.
— До чего же цинично, — вздохнула Ноа.
— Цинизм сейчас синоним выживания, — едко прокомментировал Кей, и они с Арман совершенно идентично хмыкнули.
Дальше сидящих в машине накрыла тяжелая тишина. Густая. Можно было представить, что тонешь в тягучей раскаленной карамели, стоит только опустить веки.
Лекс наблюдал из окна за обстановкой, то и дело цепляясь взглядом за людей. Они встречались крайне редко — видимо, остальные отсиживались в бункере из-за сработавших «маяков». Несколько групп по два-три человека бродили по высохшим крохотным полям, за которыми раскинулся забор. Решетки ограждения окружали автомобиль, но увидеть, где они замыкаются, не удавалось.
Территория селян оказалась не слишком крупной, однако хорошо организованной. У забора виднелись готовящиеся к зимней спячке плодоносные деревья, тропами гравия земля делилась на идеально квадратные участки, которые, судя по всему, отводились под другие культуры.
Буквально через несколько минут внедорожник остановился у невысокого холма, одна сторона которого была абсолютно плоской, словно ее срезали гигантским свежезаточенным лезвием. В середине темнел проем с открытыми настежь толстыми металлическими стенами.
На звук движка опять высыпались мужчины с оружием, но теперь только двое. Фил первым подошел к ним, когда все покинули автомобиль, и обменялся несколькими идиотскими шутками. Махнув назад, он коротко представил компанию фразой: «Это со мной, Джек знает», и их завели в помещение, в которое практически не проникали солнечные лучи.
Освещение оказалось крайне тусклым — настолько, что после яркости дня практически ничего невозможно было рассмотреть. Их провели вглубь по коридору, который уходил вниз с небольшим уклоном, и попросили остановиться на площадке с еще несколькими дверьми — в этот раз закрытыми и менее габаритными.
— Оружие, — бросил один из мужчин, отходя к металлическому стеллажу, стоящему вдоль одной из стен, на котором уже располагалось несколько стволов и с десяток ножей.
Лекс передал светлую палочку, тщательно следя за тем, чтобы никто не коснулся древка кожей, но селяне явно знали о законе волшебников — мужчина надел перчатку. Арман и Кей следом отдали свое оружие: заостренную черную и темно-коричневую с четко параллельными изумрудными штрихами. Фил избавился от пистолетов, трех ножей и пары гранат, которые непонятно где до этого прятал.